Обломов и природа усадьба детства и дачный парк: Пейзаж и его функции в романе «Обломов», описание природы – сочинение по теме

Содержание

Пейзаж и его функции в романе «Обломов», описание природы – сочинение по теме

Введение

Произведение Гончарова «Обломов» – это социально-психологический роман, написанный в середине 19 века. Книга повествует о судьбе русского мещанина Ильи Ильича Обломова, личности с тонкой душевной организацией, не сумевшем найти собственное место в быстроменяющемся мире современной ему России. Особую роль в раскрытии идейного смысла романа играет изображение автором природы – в «Обломове» пейзажи являются отображением внутреннего мира героя, тесно связаны с его чувствами и переживаниями.

Природа Обломовки

Наиболее ярким пейзажем романа является природа Обломовки, воспринимаемая читателем сквозь призму сна Ильи Ильича. Тихая, отдаленная от шума и суеты городов природа деревни привлекает своим спокойствием и безмятежностью. Здесь нет ни дремучих устрашающих лесов, ни беспокойного моря, ни высоких далеких гор или ветреных степей, ни благоухающих цветников, только пахнет полевой травой и полынью – по словам автора, поэт или мечтатель вряд ли бы остались довольны незатейливым пейзажем этой местности.

Мягкая, гармоничная природа Обломовки не требовала крестьян трудиться, что и создавало особое, ленное настроение жизни во всей деревне – размеренное течение времени прерывалось только сменами пор года или свадьбами, днями рождения и похоронами, которые так же быстро отходили в прошлое, сменяясь спокойствием умиротворяющей природы.

Сон Обломова – отражение его детских впечатлений и воспоминаний. Мечтательный Илья еще с малых лет воспринимал мир через красоту сонных пейзажей Обломовки, хотел исследовать и узнать окружающий мир, но чрезмерная опека родителей привела к увяданию в герое активного начала и способствовала постепенному впитыванию того «обломовского» размеренного ритма жизни, который для него, уже взрослого, стал единственно правильным и приятным.

Четыре поры любви

Природа в романе «Обломов» выполняет особую смысловую и сюжетную нагрузку. Прежде всего, она отражает состояния героя. Символом нежного чувства между Ольгой и Обломовым становится хрупкая ветка сирени, которую девушка дает Илье Ильичу, на что тот отвечает, что более любит ландыши, и расстроенная Ольга роняет ветку. Но на следующее свидание, будто приняв чувства девушки, Обломов приходит с этой же веточкой. Даже в момент, когда Илья Ильич говорит девушке, что «цвет жизни опал», Ольга вновь срывает ему ветку сирени как символ весны и продолжения жизни. В период расцвета их отношений тихая летняя природа словно благоволит их счастью, перед влюбленным раскрываются ее тайны, особые смыслы. Описывая состояние Обломова, автор сравнивает его счастье с красотой восхищающего летнего заката.

Совершенно другой предстает природа в моменты, когда Обломов начинает сомневаться в светлом будущем их любви, сравнивая их с дождливой погодой, серым, закрытым печальными облаками небом, сыростью и холодом. В это же время Ольга замечает, что сирень уже отошла – словно отошла и их любовь. Отдаление героев подчеркивается изображением осеннего пейзажа, облетевших листьев и неприятно кричащих воронов, когда герои не могут более прятаться за свежей зеленой листвой, постигая тайны живой природы и собственной души. Расставание возлюбленных сопровождается снегопадом, под который попадает Обломов – весенняя любовь, символом которой была нежная ветка сирени, окончательно умирает под снежным покрывалом холода.

Любовь Обломова и Ольги словно является частью той далекой, привычной Илье Ильичу «обломовской» жизни. Начавшись весной и закончившись поздней осенью, их чувства становятся частью естественного течения времени живой природы, смены пор года от зарождения и расцвету к угасанию и смерти, за которой последует новое рождение – любовь Обломова к Агафье и Ольги ко Штольцу.

В финале романа автор описывает пейзаж скромного кладбища, где похоронен Обломов. Как напоминание о прекрасном чувстве героя у могилы растет посаженная друзьями сирень, и пахнет полынью, словно герой вновь вернулся в родную Обломовку.

Заключение

Пейзаж в романе «Обломов» выполняет ведущую смысловую и сюжетообразующую функции. Тонкое ощущение природы, течения ее естественного времени и вдохновение каждым ее проявлением в произведении доступно только рефлексирующему, мечтательному Обломову и влюбленной Ольге. После замужества, при изображении жизни девушки со Штольцем в Крыму, Ольга неосознанно для себя теряет то умение чувствовать каждое проявление природы, которое было у нее во время отношений с Обломовым. Автор словно пытается показать читателю, что, несмотря на скорость урбанизированного мира, человеку неподвластно естественное изменение циклов природы – текучих и меняющихся на протяжении всей человеческой жизни.

Тест по произведению

Доска почёта

Чтобы попасть сюда - пройдите тест.

    
  • Боря Виноградов

    17/19

  • Кирилл Лысов

    19/19

  • Fotima Botirova

    18/19

  • Наталья Максимова

    17/19

  • Алексей Максимов

    17/19

  • Александр Матвеев

    16/19

  • Света Чумакова

    19/19

  • Дарья Михайлова

    19/19

  • Женя Голикова

    17/19

  • Роман Хмелюк

    19/19

Пейзаж и его функции в романе «Обломов», описание природы – сочинение по теме


Сочинение на тему: » «Обломов» роль пейзажа в романе.»


Готовое сочинение («Обломов» роль пейзажа в романе)
Гончаров всегда отличался от других писателей тем, что описывал окружающие пейзажи с большой точностью и уделял этому огромное количество текста. В этом он сравним с Н.В. Гоголем. Займемся же анализом пейзажей в его романе « Обломов». Роль пейзажа в романе велика, ведь благодаря пейзажу мы представляем себе место, где происходят действия, можем охарактеризовать душевное состояние героя, прочувствовать царящую атмосферу.

Первую картину мы видим во «Сне Обломова», роль пейзажа здесь психологическая, она дает нам понять внутреннее состояние героя, узнаем о его детстве, о формировании его характера. Окружение в имении Обломовых скудно и нероскошно.

Сезоны года здесь сопоставлены с рабочими днями крестьян. Все в природном цикле движется плавно, гармонично. Самое прекрасное время в этом краю – это лето. Все вокруг зелено, хочется вдыхать воздух полной грудью, чувствуя запахи травы и цветов.

Везде царит тишина и покой: на полях, в деревнях и поселках. В имении Обломовых все ложатся спать после вкусного обеда. Люди здесь тихие и умиротворенные, как и все вокруг. Люди в имении заняты только повседневными делами, которые редко разнообразит свадьба или крестины. Обломовцы практически не трудятся, ведь работа для них, как наказание.

Здесь и прошло детство главного героя, такой жизнью и был сформирован его характер. Илья любил бегать по лугам с мальчишками. Был любознательным и наблюдательным, изучал окружающий его мир любыми доступными способами, но родители всегда опекали его и следили за ним, чтобы он нигде не поранился. Так все его стремления и увяли. С каждым годом он становился все ленивее, его интерес превращался в безразличие. Обломов превращается в стандартного жителя деревушки: ленивого и умиротворенного. Пейзаж сыграл важную роль в формировании его характера.

Во время первой встречи Ильи и Ольги природа сыграла ключевое значение. Ведь именно сорванная веточка сирени стала первым, что объединило их. Обломов перед ее и на второе свидание, это понравилось Ильинской, в последующем между героями состоялся душевный разговор, в котором они почувствовали взаимное притяжение друг к другу.

Со временем их чувства крепнут и перерастают в любовь. Герои становятся более внимательными к окружающей их природе: замечают новые запахи, нежные щебетание птиц, наблюдают за бесшумно парящими бабочками, и даже чувствуют дыхание цветов.

Каковы пейзажные зарисовки в романе обломов. Пейзаж и его функции в романах И.А.Гончарова

Готовое сочинение

(«Обломов» роль пейзажа в романе)

Гончаров всегда отличался от других писателей тем, что описывал окружающие пейзажи с большой точностью и уделял этому огромное количество текста. В этом он сравним с Н.В. Гоголем. Займемся же анализом пейзажей в его романе « Обломов». Роль пейзажа в романе велика, ведь благодаря пейзажу мы представляем себе место, где происходят действия, можем охарактеризовать душевное состояние героя, прочувствовать царящую атмосферу.

Первую картину мы видим во «Сне Обломова», роль пейзажа здесь психологическая, она дает нам понять внутреннее состояние героя, узнаем о его детстве, о формировании его характера. Окружение в имении Обломовых скудно и нероскошно.

Сезоны года здесь сопоставлены с рабочими днями крестьян. Все в природном цикле движется плавно, гармонично. Самое прекрасное время в этом краю – это лето. Все вокруг зелено, хочется вдыхать воздух полной грудью, чувствуя запахи травы и цветов.

Везде царит тишина и покой: на полях, в деревнях и поселках. В имении Обломовых все ложатся спать после вкусного обеда. Люди здесь тихие и умиротворенные, как и все вокруг. Люди в имении заняты только повседневными делами, которые редко разнообразит свадьба или крестины. Обломовцы практически не трудятся, ведь работа для них, как наказание.

Здесь и прошло детство главного героя, такой жизнью и был сформирован его характер. Илья любил бегать по лугам с мальчишками. Был любознательным и наблюдательным, изучал окружающий его мир любыми доступными способами, но родители всегда опекали его и следили за ним, чтобы он нигде не поранился. Так все его стремления и увяли. С каждым годом он становился все ленивее, его интерес превращался в безразличие. Обломов превращается в стандартного жителя деревушки: ленивого и умиротворенного. Пейзаж сыграл важную роль в формировании его характера.

Во время первой встречи Ильи и Ольги природа сыграла ключевое значение. Ведь именно сорванная веточка сирени стала первым, что объединило их. Обломов перед ее и на второе свидание, это понравилось Ильинской, в последующем между героями состоялся душевный разговор, в котором они почувствовали взаимное притяжение друг к другу.

Со временем их чувства крепнут и перерастают в любовь. Герои становятся более внимательными к окружающей их природе: замечают новые запахи, нежные щебетание птиц, наблюдают за бесшумно парящими бабочками, и даже чувствуют дыхание цветов.

После того, как Обломов усомнился в чувствах Ольги, природа, почувствовав изменения внутреннего состояния Ильи, меняется вместе с ним. Она становится пасмурной и ветреной, небо затянули тучи. Но герой, не смотря на свои сомнения, продолжает любить Ольгу, но считает их отношения невозможными. Их любовь закончилась по исходу лета.

Осень вносит новые краски в природу, герои отдаляются друг от друга все дальше и дальше. После окончательного расставания Ильи и Ольги, на улице выпадает первый снег, покрываю густым слоем все в округе. Пейзаж этот символичен, снег засыпает счастье нашего героя. Гончаров в финале романа описывает путешествие Штольца и Ольги в Крым. Но описание скудно, оно как будто отображает внутренний мир Обломова, тоскующего по Ольге. Штольц и Ольга испытали уйму эмоций, вызванных местными пейзажами. Их любовь цветет, как и вся природа вокруг.

Кладбищенский пейзаж угрюм и ужасен, вновь появляется ветка сирени, которую посадили рядом с могилой покойного Обломова. Ветка символизирует кульминационные моменты жизни Ильи, но не все они прекрасны.

Делая вывод, хотелось бы отметить, что природу можно отнести к числу главных героев. Ведь с помощью пейзажа Гончаров передает свое отношение к чувствам, к жизни, раскрывает внутренний мир и состояние персонажей.

Назначение пейзажа (как и многих других художественных приёмов в данном произведении) подчинено основной цели – показать историю возникновения такого человеческого характера, как Обломов, историю формирования его личности и особенности его образа жизни.

В восьмой главе романа автор упоминает о любимой мечте Ильи Ильича – жить в деревне. И картины этой жизни всегда связаны не только «со сладкой едой и сладкой ленью», но и с замечательной сельской природой. Он хотел бы сидеть за чашкой чая «под непроницаемым для солнца навесом деревьев, …наслаждаясь… прохладой, тишиной; а вдали желтеют поля, солнце опускается за знакомый березняк и румянит гладкий, как зеркало, пруд…». Обязательно видятся Обломову «вечное лето, вечное веселье» и много еды для гостей с «неувядающим аппетитом».

Почему так? Почему он такой, а «не другой»? Этот вопрос возникает как у читателей, так и у самого героя. Иногда Обломову становится «грустно и больно за свою неразвитость, остановку в росте нравственных сил…». Особенно страшно становилось, когда в душе вдруг зарождалось «представление о человеческой судьбе и назначении…», и он «болезненно чувствовал, что в нём зарыто, как в могиле, какое-то хорошее, светлое начало…», но «глубоко и тяжело завален клад дрянью». Понимал Обломов, что надо бы сбросить всё это наносное, весь этот хлам, мешающий жить полнокровно, и … мысль послушно возвращала его в мир, где всё прекрасно, где чудесные картины природы позволяли забыть о тревогах, уйти от беспокоящей душу реальности. Своеобразная, «обломовская» любовь к природе, соединённая с мечтательностью, вносила в жизнь героя успокоение и даже ощущение счастья.

В девятой главе Гончаров рисует мир, где герой романа мог бы жить счастливо, если бы никогда не покидал родную Обломовку. Именно здесь мы находим ответы на многие вопросы и понимаем, почему душой стремился Илья Ильич в этот «благословенный уголок».

Гончаров не сразу начинает главу с описания «чудного края». Он даёт сначала пейзажные зарисовки в виде сменяющих друг друга прекрасных картин, очень контрастных по отношению к природе Обломовки, что также позволяет понять, почему этот край и эта природа способствовали зарождению обломовского характера. Здесь «нет моря, нет высоких гор, скал и пропастей, ни дремучих лесов – нет ничего грандиозного, дикого и угрюмого». И автор объясняет отрицательный взгляд обывателей на экзотические пейзажи: образы бушующего моря, мощь стихии или вид неприступных скал, грозных гор и пропастей наводят тоску, страх, тревогу на душу, терзая её, и «сердце смущается робостью…». Такая природа не способствует «увеселению» жизненного настроения, не успокаивает, не «убаюкивает», а помогает формированию деятельного и энергичного характера, который способен преодолевать препятствия, бороться с трудностями.

Пейзаж и его функции в романе Обломов и получил лучший ответ

Ответ от Надейка[гуру] Сон Обломова переносит нас в Обломовку. Там человеку уютно жить, у него не возникает ощущения неустроенности быта, незащищённости перед огромным миром. Природа и человек слиты, едины, и, кажется, небо, которое способно защитить обломовцев от всех внешних проявлений, “там ближе к земле”, и это небо распростёрлось над землёй, как домашняя кровля. Нет там ни моря, которое будоражит человеческое сознание, ни гор и пропастей, которые похожи на зубы когти дикого зверя, а вся территория вокруг представляет собой «ряд живописных этюдов, веселых, улыбающихся пейзажей». Такая атмосфера мира Обломовки передаёт полное согласие, гармонию в этом мире, а «сердце так и просится спрятаться в этот забытый всеми уголок и жить никому неведомым счастьем». «Ни страшных бурь, ни разрушений не слыхать в том краю». В газетах не прочесть чего-нибудь страшного об этом «благословенном богом уголке». Не было там никаких «странных небесных знамений»; не водится там ядовитых гадов; «саранча не залетает туда; нет ни львов, ни тигров, ни даже волков и медведей, потому что нет лесов. Все в Обломовке спокойно, ничто не отвлекает и не угнетает. Нет в ней ничего необычного, даже «поэт или мечтатель не остались бы довольны общим видом этой скромной и незатейливой местности». В Обломовке царит полная идиллия. Идиллический пейзаж неотделим от конкретного пространственного уголка, где жили отцы и деды, будут жить дети и внуки. Пространство Обломовки ограничено, оно не связано с другим миром. Конечно, обломовцы знали о том, что в восьмидесяти верстах от них находится губернский город, но редко ездили туда, знали и о Саратове, и о Москве, Питере, “что за Питером живут французы или немцы, а далее уже начинался для них, как для древних, тёмный мир, неизвестные страны, населённые чудовищами, людьми о двух головах, великанами; там следовал мрак — и, наконец, всё оканчивалось той рыбой, которая держит на себе землю”. Никто из жителей Обломовки не стремится выйти из этого мира, ибо там — чужое, враждебное, их вполне устраивает счастливое “житьё-бытьё”, и их мир — самостоятельный, целостный и завершённый. Жизнь в Обломовке протекает как будто по ранее запланированной схеме, спокойно и размерено. Ничто не тревожит ее жителей. Даже «правильно и невозмутимо совершается там годовой круг». Строго ограниченное пространство живёт по своим вековечным традициям, ритуалам. Любовь, рождение, брак, труд, смерть — вся жизнь Обломовки сводится к этому кругу и так же неизменна, как смена времён года. Любовь в Обломовке носит совсем иной характер, чем в реальном мире, она не может стать каким-то переворотом в душевной жизни человека, она не противостоит другим сторонам жизни. Любовь-страсть противопоказана миру обломовцев, они “плохо верили… душевным тревогам, не принимали за жизнь круговорота вечных стремлений куда-то, к чему-то; боялись, как огня, увлечения страстей”. Ровное, спокойное переживание любви естественно для обломовцев. Существенное место в жизни обломовцев занимают обряды и ритуалы. “И вот воображению спящего Ильи Ильича начали… открываться сначала три главные акта жизни, разыгравшиеся как в его семействе, так и у родственников и знакомых: родины, свадьба, похороны. Потом потянулась пёстрая процессия весёлых и печальных подразделений её: крестин, именин, семейных праздников, заговенья, разговенья, шумных обедов, родственных съездов, приветствий, поздравлений, официальных слёз и улыбок”. Кажется, что вся жизнь обломовцев состоит только из одних обрядов и ритуальных праздников. Всё это свидетельствует об особом сознании людей — мифическом сознании. То, что для обыкновенного человека считается вполне естественным, здесь возведено в ранг мистического бытия — обломовцы смотрят на мир как на таинство, святость. Отсюда особое отношение к времени суток: вечернее время особо опасное, послеобеденное время сна обладает могущественной силой, которая управляет жизнью людей. Есть здесь и таинственные места — овраг, например. Отпуская Илюшу гулять с няней, мать строго наказывала “не пуска

Ответ от Дарья Архипова

[активный] пейзаж в романе обломов играет одну из ключевых художественно определяющих ролей. когда Илья Ильич спокоен, он отражает полную безмятежность и соответственно отражает тревогу, непонимание и т. д. можно сказать, что самый яркий пейзаж прочитанный мною за всю жизнь — описание приснившейся ему Обломовки, где так вкусно пахло пирогами с луком и яйцом. а его квартира? чем не пейзаж. как она отражает его натуру, его мироощущение, его философию. он ведь не ленив, как принято думать. он бездеятелен от отсутствия смысла в совершении деяния. когда он увидел смысл, вспомни Ольгу, он превратился в очаровательного, умного, деятельного мужчину, который настойчиво и изобретательно добивался внимания и расположения женщины, к которой проникся самыми светлыми чувствами.

Ответ от 3 ответа

[гуру]

Привет! Вот подборка тем с ответами на Ваш вопрос: Пейзаж и его функции в романе Обломов

Илья Ильич Обломов — один из самых спорных литературных героев. Современники Гончарова тотчас же после выхода романа заклеймили главного героя, как закоренелого ленивца и сугубо негативного персонажа. Однако с течением времени, взгляд на него изменился, хотя полное переосмысление образа Обломова еще впереди.

Во всех житейских перипетиях, которые встречаются на его пути, Обломов занимает пассивную сторону. Он уходит, отворачивается от реальности. Ото всех бытовых радостей и страхов, дел и новостей, он предпочитает окунуться в мечты, фантазии и… сон. Сон Обломова — это тот лучший, идеальный (для Обломова) мир, в который он стремится попасть.

Описательно сон Обломова представляет собой его прошлое, детство. Через сон нам показывается дом — Обломовка, юные годы героя, его семья и окружение. Отец — Илья Иваныч, помещик, человек добрый, даже добродушный. Мать — любящая и ласковая, заботливая хозяйка. Многочисленные тетки и дядьки, гости и дальние родственники, которые наполняют дом.

Все, без исключения, люди в Обломовке просты и добры, не страдают болезнями души, не волнуются вопросами смысла жизни. Все, живущие в этом «благословенном краю» интересуются только собой и своими интересами. «Счастливые люди жили, думая, что иначе и не должно быть, уверенные, что и все другие живут точно так же и что жить иначе — грех».

Природа — особо упоительна в том краю. Она полностью соответствует образу жизни людей Обломовки. Лето жарко и душно, наполнено ароматом полыни, зима сурова и морозна, но предсказуема и постоянна. В должный срок наступает весна, идут щедрые теплые дожди, грозы в одно и то же время… Все в Обломовке понятно, просто и как-то душевно. Даже «небо ближе жмется к земле, чтоб обнять ее покрепче, с любовью». Каким же может быть характер, взращённый в таком райском уголке?

(Маленький Илюша с няней в ярких снах взрослого Обломова

)

Чтобы понять человека — узнай, о чем он мечтает и что ему снится. В этом смысле сон Обломова ярко и исчерпывающе дает нам возможность познакомиться с героем. Можно долго спорить — хороша ли, правильна ли была жизнь Обломова, но одно остается неизменным. Его душа. «Чистая, как хрусталь, душа» — так вспоминают его все, кто имел возможность заглянуть в сердце и душу Обломова. Штольц, Ольга, Агафья Матвеевна, Захар — до конца жизни они хранят светлую память о своем друге. Так может ли сугубо отрицательный персонаж вызывать такие чувства в разных, не похожих друг на друга, людях?

Плоха ли жизнь, показанная нам во сне Обломова? Кому-то она покажется примитивной и скучной, кто-то посчитает ее идеалом мирного существования и бытия. Большинство людей, возможно, склонится к первой категории. Даже автор, кажется, благоволит более к другой, «деятельной и наполненной жизни», к такой, которая представлена нам Штольцем.

«Настанет время, и раздадутся бодрые шаги.. — это тысячи Штольцев появятся под русскими именами, уйдет старая Обломовка». Но вот наступило, сбылось предсказание Гончарова и пришло то время, когда все стали предпринимателями и бизнесменами. Но люди все также ищут смысла жизни, все также недовольны они тем, что дает им судьба. Только теперь не обломовы ждут штольцев, а штольцы ищут добрых, искренних обломовых. Когда же, наконец, они встретятся? Когда смогут объединить свои силы и способности, чтобы создать не сон, а настоящую, реальную, благотворную жизнь?

Сон Обломова — это не идеал, не совершенство жизни, не цель бытия, к которой нужно стремиться. Однако и отрицать ее, выкидывать за ненадобностью не нужно.

Пейзажи в романе А. И. Гончарова «Обломов» имеют особую роль в сюжете. Природа отражает состояние Ильи Ильича Обломова и окружающей атмосферы.

Так, в эпизоде сна главного героя читатель попадает в мир безмятежности. В Обломовке нет хлопот и шума. Это особое состояние жизни деревни отражается и на природе. Автор называет Обломовку благословенным богом уголком, где всё в природе предсказуемо, жизнь идёт размерено, никогда не происходит неожиданных смен погоды или «страшных бурь», «разрушений», «небесных знамений», «шаров огненных», «внезапной темноты».

Безмятежные картины природы оберегают мир и спокойствие обитателей Обломовки. Пейзажи лишены романтичности и грандиозности: » Поэт и мечтатель не остались бы довольны даже общим видом этой скромной и незатейливой местности.» Это самая обычная деревня с характерной для России погодой, характерными пейзажами: » Там надо искать свежего, сухого воздуха, наполненного — не лимоном и не лавром, а просто запахом полыни, сосны и черемухи…» Обитатели Облломовки живут в своём сонном мире. Илья с детства находился под влиянием скудной природы и прекрасных, добрых, но чрезмерно заботливых родителей. Это, а также характер героя сформировали у Обломова ленивый, размеренный образ жизни. Таким образом, в Обломовке всегда царили тишина и невозмутимое спокойствие, что отражалось на главном герое.

Важное значение пейзажи имеют и во взаимоотношениях Ольги Ильмнской с Ильёй Обломовым. Во время первых свиданий этих героев именно ветка сирени объединила их, став символом любви. В разгар лета чувства Ольги и Ильи становятся крепче. Любовь меняет героев, они начинают замечать пение птиц, запахи цветов. Когда же Обломов сомневается в чувствах Ольги, пейзажи меняются с ярких и красочных на серые и унылые, даже сирень отцветает. Осенью герои ещё больше отдаляются друг от друга. Природа погружается в спячку, выпадает снег, засыпая хлопьями счастье Ильи Ильича, погружая героя в его обычное сонливое состояние. Любовь Ольги Ильинской и Ильи Обломова начинается весной и заканчивается зимой. Смена времён года символизирует изменения во взаимоотношениях героев.

Не менее важное значение оказывает пейзаж в новой любви главного героя. Взаимоотношения Агафьи Матвеевны и Ильи Обломова не были нежными и утонченными, как прошлая привязанность главного героя. Пейзажи появляются в повествовании значительно реже. Природа здесь показывается скучной, неживописной, герои даже не чувствуют смены времён года, которые проходят одинаково вяло и скучно. Пение птиц, благоухание цветов вовсе не описываются. Если в доме Агафьи и Ильи упоминается о животных или растениях, то лишь с точки зрения еды. Такое приземлённое описание природы на бытовом уровне говорит об отсутствии нежной привязанности героев друг к другу. Их волнуют лишь домашние заботы.

В финале романа А. И. Гончаров описывает пейзаж сельского кладбища, на котором похоронен Илья Ильич Обломов. На могиле главного героя растёт сирень, посаженная Андреем Штольцем в знак дружбы. Растение пахнёт полынью- запахом лета в Обломовке, которая является раем для Ильи Обломова.

Таким образом, мы видим все чувства и эмоции Обломова через состояние природы в самые важные моменты его жизни, поэтому пейзажи имеют ключевое значение в романе.

Обновлено: 2017-11-16

Внимание!

Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите
Ctrl+Enter
. Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

Спасибо за внимание.

Введение

Произведение Гончарова «Обломов» – это социально-психологический роман, написанный в середине 19 века. Книга повествует о судьбе русского мещанина Ильи Ильича Обломова, личности с тонкой душевной организацией, не сумевшем найти собственное место в быстроменяющемся мире современной ему России. Особую роль в раскрытии идейного смысла романа играет изображение автором природы – в «Обломове» пейзажи являются отображением внутреннего мира героя, тесно связаны с его чувствами и переживаниями.

Природа Обломовки

Наиболее ярким пейзажем романа является природа Обломовки, воспринимаемая читателем сквозь призму сна Ильи Ильича. Тихая, отдаленная от шума и суеты городов природа деревни привлекает своим спокойствием и безмятежностью. Здесь нет ни дремучих устрашающих лесов, ни беспокойного моря, ни высоких далеких гор или ветреных степей, ни благоухающих цветников, только пахнет полевой травой и полынью – по словам автора, поэт или мечтатель вряд ли бы остались довольны незатейливым пейзажем этой местности.

Мягкая, гармоничная природа Обломовки не требовала крестьян трудиться, что и создавало особое, ленное настроение жизни во всей деревне – размеренное течение времени прерывалось только сменами пор года или свадьбами, днями рождения и похоронами, которые так же быстро отходили в прошлое, сменяясь спокойствием умиротворяющей природы.

Сон Обломова – отражение его детских впечатлений и воспоминаний. Мечтательный Илья еще с малых лет воспринимал мир через красоту сонных пейзажей Обломовки, хотел исследовать и узнать окружающий мир, но чрезмерная опека родителей привела к увяданию в герое активного начала и способствовала постепенному впитыванию того «обломовского» размеренного ритма жизни, который для него, уже взрослого, стал единственно правильным и приятным.

Четыре поры любви

Природа в романе «Обломов» выполняет особую смысловую и сюжетную нагрузку. Прежде всего, она отражает состояния героя. Символом нежного чувства между Ольгой и Обломовым становится хрупкая ветка сирени, которую девушка дает Илье Ильичу, на что тот отвечает, что более любит ландыши, и расстроенная Ольга роняет ветку. Но на следующее свидание, будто приняв чувства девушки, Обломов приходит с этой же веточкой. Даже в момент, когда Илья Ильич говорит девушке, что «цвет жизни опал», Ольга вновь срывает ему ветку сирени как символ весны и продолжения жизни. В период расцвета их отношений тихая летняя природа словно благоволит их счастью, перед влюбленным раскрываются ее тайны, особые смыслы. Описывая состояние Обломова, автор сравнивает его счастье с красотой восхищающего летнего заката.

Совершенно другой предстает природа в моменты, когда Обломов начинает сомневаться в светлом будущем их любви, сравнивая их с дождливой погодой, серым, закрытым печальными облаками небом, сыростью и холодом. В это же время Ольга замечает, что сирень уже отошла – словно отошла и их любовь. Отдаление героев подчеркивается изображением осеннего пейзажа, облетевших листьев и неприятно кричащих воронов, когда герои не могут более прятаться за свежей зеленой листвой, постигая тайны живой природы и собственной души. Расставание возлюбленных сопровождается снегопадом, под который попадает Обломов – весенняя любовь, символом которой была нежная ветка сирени, окончательно умирает под снежным покрывалом холода.

Любовь Обломова и Ольги словно является частью той далекой, привычной Илье Ильичу «обломовской» жизни. Начавшись весной и закончившись поздней осенью, их чувства становятся частью естественного течения времени живой природы, смены пор года от зарождения и расцвету к угасанию и смерти, за которой последует новое рождение – любовь Обломова к Агафье и Ольги ко Штольцу. В финале романа автор описывает пейзаж скромного кладбища, где похоронен Обломов. Как напоминание о прекрасном чувстве героя у могилы растет посаженная друзьями сирень, и пахнет полынью, словно герой вновь вернулся в родную Обломовку.

Пейзаж и его функции в романе «Обломов»

Введение

Произведение Гончарова «Обломов» — это социально-психологический роман, написанный в середине 19 века. Книга повествует о судьбе русского мещанина Ильи Ильича Обломова, личности с тонкой душевной организацией, не сумевшем найти собственное место в быстроменяющемся мире современной ему России. Особую роль в раскрытии идейного смысла романа играет изображение автором природы — в «Обломове» пейзажи являются отображением внутреннего мира героя, тесно связаны с его чувствами и переживаниями.

Природа Обломовки

Наиболее ярким пейзажем романа является природа Обломовки, воспринимаемая читателем сквозь призму сна Ильи Ильича. Тихая, отдаленная от шума и суеты городов природа деревни привлекает своим спокойствием и безмятежностью. Здесь нет ни дремучих устрашающих лесов, ни беспокойного моря, ни высоких далеких гор или ветреных степей, ни благоухающих цветников, только пахнет полевой травой и полынью — по словам автора, поэт или мечтатель вряд ли бы остались довольны незатейливым пейзажем этой местности.

Мягкая, гармоничная природа Обломовки не требовала крестьян трудиться, что и создавало особое, ленное настроение жизни во всей деревне — размеренное течение времени прерывалось только сменами пор года или свадьбами, днями рождения и похоронами, которые так же быстро отходили в прошлое, сменяясь спокойствием умиротворяющей природы.

Сон Обломова — отражение его детских впечатлений и воспоминаний. Мечтательный Илья еще с малых лет воспринимал мир через красоту сонных пейзажей Обломовки, хотел исследовать и узнать окружающий мир, но чрезмерная опека родителей привела к увяданию в герое активного начала и способствовала постепенному впитыванию того «обломовского» размеренного ритма жизни, который для него, уже взрослого, стал единственно правильным и приятным.

Четыре поры любви

Природа в романе «Обломов» выполняет особую смысловую и сюжетную нагрузку. Прежде всего, она отражает состояния героя. Символом нежного чувства между Ольгой и Обломовым становится хрупкая ветка сирени, которую девушка дает Илье Ильичу, на что тот отвечает, что более любит ландыши, и расстроенная Ольга роняет ветку. Но на следующее свидание, будто приняв чувства девушки, Обломов приходит с этой же веточкой. Даже в момент, когда Илья Ильич говорит девушке, что «цвет жизни опал», Ольга вновь срывает ему ветку сирени как символ весны и продолжения жизни. В период расцвета их отношений тихая летняя природа словно благоволит их счастью, перед влюбленным раскрываются ее тайны, особые смыслы. Описывая состояние Обломова, автор сравнивает его счастье с красотой восхищающего летнего заката.

Совершенно другой предстает природа в моменты, когда Обломов начинает сомневаться в светлом будущем их любви, сравнивая их с дождливой погодой, серым, закрытым печальными облаками небом, сыростью и холодом. В это же время Ольга замечает, что сирень уже отошла — словно отошла и их любовь. Отдаление героев подчеркивается изображением осеннего пейзажа, облетевших листьев и неприятно кричащих воронов, когда герои не могут более прятаться за свежей зеленой листвой, постигая тайны живой природы и собственной души. Расставание возлюбленных сопровождается снегопадом, под который попадает Обломов — весенняя любовь, символом которой была нежная ветка сирени, окончательно умирает под снежным покрывалом холода.

Любовь Обломова и Ольги словно является частью той далекой, привычной Илье Ильичу «обломовской» жизни. Начавшись весной и закончившись поздней осенью, их чувства становятся частью естественного течения времени живой природы, смены пор года от зарождения и расцвету к угасанию и смерти, за которой последует новое рождение — любовь Обломова к Агафье и Ольги ко Штольцу. В финале романа автор описывает пейзаж скромного кладбища, где похоронен Обломов. Как напоминание о прекрасном чувстве героя у могилы растет посаженная друзьями сирень, и пахнет полынью, словно герой вновь вернулся в родную Обломовку.

Заключение

Пейзаж в романе «Обломов» выполняет ведущую смысловую и сюжетообразующую функции. Тонкое ощущение природы, течения ее естественного времени и вдохновение каждым ее проявлением в произведении доступно только рефлексирующему, мечтательному Обломову и влюбленной Ольге. После замужества, при изображении жизни девушки со Штольцем в Крыму, Ольга неосознанно для себя теряет то умение чувствовать каждое проявление природы, которое было у нее во время отношений с Обломовым. Автор словно пытается показать читателю, что, несмотря на скорость урбанизированного мира, человеку неподвластно естественное изменение циклов природы — текучих и меняющихся на протяжении всей человеческой жизни.

Роль пейзажа и образов природы в романе И.А. Гончарова «Обломов» – PROZAru.com

Назначение пейзажа (как и многих других художественных приёмов в данном произведении) подчинено основной цели – показать историю возникновения такого человеческого характера, как Обломов, историю формирования его личности и особенности его образа жизни.

В восьмой главе романа автор упоминает о любимой мечте Ильи Ильича – жить в деревне. И картины этой жизни всегда связаны не только «со сладкой едой и сладкой ленью», но и с замечательной сельской природой. Он хотел бы сидеть за чашкой чая «под непроницаемым для солнца навесом деревьев, …наслаждаясь… прохладой, тишиной; а вдали желтеют поля, солнце опускается за знакомый березняк и румянит гладкий, как зеркало, пруд…». Обязательно видятся Обломову «вечное лето, вечное веселье» и много еды для гостей с «неувядающим аппетитом».

Почему так? Почему он такой, а «не другой»? Этот вопрос возникает как у читателей, так и у самого героя. Иногда Обломову становится «грустно и больно за свою неразвитость, остановку в росте нравственных сил…». Особенно страшно становилось, когда в душе вдруг зарождалось «представление о человеческой судьбе и назначении…», и он «болезненно чувствовал, что в нём зарыто, как в могиле, какое-то хорошее, светлое начало…», но «глубоко и тяжело завален клад дрянью». Понимал Обломов, что надо бы сбросить всё это наносное, весь этот хлам, мешающий жить полнокровно, и … мысль послушно возвращала его в мир, где всё прекрасно, где чудесные картины природы позволяли забыть о тревогах, уйти от беспокоящей душу реальности. Своеобразная, «обломовская» любовь к природе, соединённая с мечтательностью, вносила в жизнь героя успокоение и даже ощущение счастья.

В девятой главе Гончаров рисует мир, где герой романа мог бы жить счастливо, если бы никогда не покидал родную Обломовку. Именно здесь мы находим ответы на многие вопросы и понимаем, почему душой стремился Илья Ильич в этот «благословенный уголок».

Гончаров не сразу начинает главу с описания «чудного края». Он даёт сначала пейзажные зарисовки в виде сменяющих друг друга прекрасных картин, очень контрастных по отношению к природе Обломовки, что также позволяет понять, почему этот край и эта природа способствовали зарождению обломовского характера. Здесь «нет моря, нет высоких гор, скал и пропастей, ни дремучих лесов – нет ничего грандиозного, дикого и угрюмого». И автор объясняет отрицательный взгляд обывателей на экзотические пейзажи: образы бушующего моря, мощь стихии или вид неприступных скал, грозных гор и пропастей наводят тоску, страх, тревогу на душу, терзая её, и «сердце смущается робостью…». Такая природа не способствует «увеселению» жизненного настроения, не успокаивает, не «убаюкивает», а помогает формированию деятельного и энергичного характера, который способен преодолевать препятствия, бороться с трудностями.

Страницы: Страница 1, Страница 2

Литература 10 класс. Методические советы. Иван Александрович Гончаров

Иван Александрович Гончаров

УРОК 47. «Между действительностью и идеалом лежит тоже бездна, через которую еще не найден мост, да едва и построится когда». Очерк жизни и творчества Гончарова. Особенности композиции романа «Обломов»

      Роман Гончарова «Обломов» возвращен в школу. И это справедливо, потому что без имени Гончарова история русского романа была бы неполной. Через призму этого умного, очень русского романа мы лучше понимаем и наш сегодняшний день, и нашу историю, так как в Обломове писатель воплотил русский национальный тип, осмыслив его национальные (в традициях, фольклоре, нравах, идеалах) и социальные корни.

      Роман следует прочитать как размышление о русском характере, о России, о ее судьбе. Поэтому наиболее целесообразный путь анализа романа — проблемный. Не слишком наполненная внешними событиями жизнь И. А. Гончарова тем не менее дает массу информации для интересного и увлекательного рассказа о нем. В этой жизни была и большая, но неразделенная любовь, и путешествия по свету, и государственная служба, причем в «страшной» роли цензора, и сложные отношения с И. С. Тургеневым, едва не дошедшие до дуэли, и воспитание детей своего умершего слуги, и многие другие факты, которые своей непривычностью для школьника могут по-настоящему заинтересовать и увлечь.

      В центре первого урока — очерк жизни и творчества Гончарова, определение места романа «Обломов» в трилогии «Обыкновенная история» — «Обломов» — «Обрыв», которое позволит сделать вывод о правомерности авторского объединения этих трех самостоятельных произведений в своеобразную трилогию. Этот материал можно изложить лекционно либо включить в лекцию учителя заранее подготовленные индивидуальные сообщения учащихся.

      Кроме того, на уроке возможно обсуждение проблемного вопроса: что такое художественное произведение — учебник жизни, слепок с натуры или чудо искусства?

      1-я и 4-я части романа — его опора, почва. Взлет во 2—3-й частях — кульминация романа, та самая горка, на которую приходится взбираться Обломову.

      1-я часть романа внутренне связана с 4-й частью, т. е. сопоставленными оказываются Обломовка и Выборгская сторона.

      Четыре части романа соответствуют четырем временам года. Роман начинается весной, 1 мая.

      История любви — лето, переходящее в осень и зиму. Композиция вписана в годовой круг, ежегодный круговорот природы, цикличное время. Гончаров замыкает композицию романа в кольцо, заканчивая «Обломова» словами: «И он рассказал ему, что здесь написано». Из этого замкнутого круга Обломову не вырваться. А, может, наоборот? И вновь проснется утром в своем кабинете Илья Ильич?

      Стремление «к точке покоя» — так выстраивается композиция романа. Таким образом, уже достаточно доказательств, что художественное произведение — это «чудо искусства», это особый мир, живущий по своим, художественным законам.

УРОК 48. «Наше имя — легион…» Обломов — «коренной народный наш тип». Что такое обломовщина?

      На уроке необходимо подчеркнуть и доказать убедительность, жизненность образа Обломова, его внутреннюю сложность, ведущую к неоднозначным оценкам. Следует показать связь образа с литературными предшественниками, с образами русского фольклора, сделать вывод, что Обломов — «коренной народный наш тип», и указать на гоголевские традиции изображения жизни.

      Основные проблемы урока:

I. Прав ли Добролюбов, утверждая, что «в каждом из нас сидит значительная часть Обломова»? Действительно ли Обломовых — «легион»?

      Раскрытию первой проблемы урока поможет система вопросов и заданий:

  1. В начале романа мы видим Обломова лежащим в постели полдня. Как это связано с образами русского фольклора? В чем символический смысл этой сцены?
  2. В сне Обломова Гончаров называет сказку о Емеле-дурачке «злой и коварной сатирой на наших прадедов». Какой смысл выявляется при сближении образа Обломова с Емелей?
  3. В одной из статей о романе портрет Обломова сравнивается с античной статуей. Есть ли в этом основание для сопоставления?
  4. Почему не осуществились юношеские мечты Обломова?
  5. Каков композиционный смысл изображения многочисленных гостей Обломова? Почему автор делает их представителями разных социальных слоев?
  6. Почему слово «другой» и соотнесение себя с «другими» оскорбило Обломова? Что имеет в виду Обломов, утверждая: «Наше имя — легион…»?

      Урок дает возможность увидеть социальные (в условиях воспитания и барского происхождения) и национальные (в традициях, представлениях, моральных нормах, идеалах, культуре) корни обломовщины.

II. Почему и как энергичный, озорной, пытливый Илюша Обломов превратился в неподвижного, апатичного Илью Ильича Обломова?

      Вопросы и задания для обсуждения второй проблемы урока:

  1. Проанализируйте «Сон Обломова». Что такое Обломовка — всеми забытый, чудом уцелевший «блаженный уголок» — обломок Эдема или точка отсчета нравственного падения героя, начало его гибели?
  2. Сопоставьте образы Обломова и Захара. Кто у кого в рабстве? Какой смысл выявляется в том, что Обломов не может обойтись без Захара, а Захар — без Обломова? (Обломов и Захар как братья-близнецы, которые один без другого просто существовать не могут. Причем Захар — карикатура на своего барина. Рабство их взаимно. Но, кажется, оба они этим состоянием вполне довольны.)
  3. Правда ли, что в романе «внутренно прославляется русская лень»? Подтвердите или опровергните эту точку зрения, аргументируя свои суждения текстом.

      На уроке необходимо показать, что «лежание Обломова» не просто лень и апатия как черты характера, а позиция, убеждение в том, что «жизнь есть поэзия», отдых, покой.

III. Антиподы ли Обломов и Штольц?

      Вопросы и задания для обсуждения третьей проблемы урока:

  1. Кто, по вашему, более прав, более убедителен в утверждении своего жизненного идеала — Штольц или Обломов?
  2. Какое слово более точно называет состояние Обломова — лень или покой? Докажите свои суждения текстом.
  3. Прокомментируйте мысль Обломова: «Жизнь есть поэзия. Вольно людям искажать ее!» Доволен ли Обломов своим способом существования?
  4. Счастлив ли Штольц оттого, что умеет «делать деньги»? Какой смысл выявляется в том, что Штольц — немец?
  5. Почему столь разные люди, как Обломов и Штольц, дружат всю жизнь? (Обломов и Штольц в широком смысле есть как бы две крайности национального русского характера, в котором сочетаются чудовищная лень, мечтательная созерцательность, деловитость, талант, любовь к ближнему.)
  6. «Деятельные Штольц и Ольга живут, чтобы что-то делать. Обломов живет просто так». Каково отношение автора к героям в этой оценке? Прокомментируйте эту мысль, выскажите к ней свое отношение.
  7. Что значит — «цель жизни»? Что значит — «жить просто так», «жить чтобы жить»?

УРОК 49. «Любовь, с силою Архимедова рычага, движет миром…» «Обломов» как роман о любви

      Этот урок можно организовать как урок-семинар. Автор не случайно проводит своего героя через испытание любовью. Он проверяет его на способность к высшей человеческой ценности, считая, что любовь — это не только чувство влюбленности одного человека в другого, но и отношение к миру. На уроке следует объединить школьников в рабочие группы:

      1-я группа. Обломов и Захар: любовь-вражда.

      2-я группа. Обломов и Штольц: любовь-дружба.

      3-я группа. Обломов и Ольга: любовь-любовь.

      4-я группа. Обломов и Пшеницына: измена высоким идеалам?

      5-я группа. Обломов и природа: усадьба детства и дачный парк.

      6-я группа. Обломов и дети.

      Вопросы для обсуждения:

  1. Кто из героев наиболее достойно прошел испытание любовью?
  2. Было ли возможно счастье Ольги и Обломова? За что она полюбила героя?
  3. Действительно ли «идеал его жизни осуществился» в доме Пшеницыной?
  4. Верите ли вы в «вечность» счастья Ольги и Штольца?

      Итог урока-семинара. Любовь есть смысл жизни для Обломова и — шире — для каждого человека.

УРОК 50. «Золотое сердце» или «русская лень»? Роман «Обломов» в русской критике

      Этот урок дает возможность сопоставить разные точки зрения на роман и образ главного героя. Урок позволит уточнить, скорректировать восприятие учащихся. Двойственностью характера главного героя объясняются противоположные суждения о нем первых критиков романа.

Два «лица» Обломова

Честность, совестливость, добросердечие, кротость, стремление к идеалам, мечтательность, «золотое сердце».   Инфантильность, безволие, неспособность к действию, апатичность, медлительность, «русская лень».

      Н. А. Добролюбов рассматривает характер Обломова с позиций революционеров-демократов. Он видит его последним в ряду «лишних людей» и обличает «обломовщину» как общественный порок.

      В критических взглядах Д. И. Писарева резкая смена отношений к образам романа «Обломов»: от положительных оценок до резкого неприятия.

      А. В. Дружинин сравнивает Гончарова с фламандскими живописцами. Он считает, что Обломов «любезен всем нам и стоит беспредельной любви», называет его чудаком.

      И. Ф. Анненский размышляет о созерцательном таланте Гончарова-художника.

      Н. И. Злыгостаева видит Обломова в ряду «странных» людей в русской литературе: Башмачкина, Манилова, Подколесина, платоновского Юшки. Их души наполнены тихим покоем.

      Итог урока. В критике мнения разделились на два лагеря в решении вопроса, что важнее: «художественность» или «социальная значимость» произведения.

      После изучения романа «Обломов» возможно домашнее сочинение на одну из тем, указанных в приложении.

Пейзаж и любовь Оболомова к Ольге по роману Обломов (Гончаров И. А.) 📕

Пейзаж в романе меняется вместе с развитием чувств Обломова и Ольги. Встретились герои в начале лета, когда распускаются цветы, например, сирень. Также и их любовь только начала распускаться, не потеряв еще своей прелести и свежести. Часто в это время они гуляли в парке по аллее и понемногу начали узнавать друг друга. К Обломову постепенно возвращается «цвет жизни».

Жизнь Ольги тоже наполнилась любовью, и все вокруг наполнилось смыслом: «В лесу те же деревья, но в шуме их явился особенный смысл: между ними и ею водворилось живое согласие.

Птицы не просто трещат и щебечут, а все что-то говорят между собой; и все говорит вокруг, все отвечает ее настроению; цветок распускается, и она слышит будто его дыхание».

Сирень отцвела, и у Обломова возникли сомнения, а точнее желание воспользоваться последним шансом вернуться к своей привычной жизни: он пишет письмо. Но, видя слезы Ольги, он видит свою ошибку, потому что эта любовь — самое прекрасное, что было в его жизни. Он исправляет свою ошибку, и теперь они почти не расстаются. Так проходит июль, погода стоит отличная: «В ясный день он в парке, в жаркий полдень теряется с ней в роще, между сосен, сидит

у ее ног, читает ей…! С каждым днем их чувства становились все сильнее и сильнее.

А однажды перед грозой они были в парке. И Ольге постоянно кто-то мерещился в темноте, она прижималась к Обломову, чего-то боялась, а потом расплакалась. Думаю, это было предчувствие скорой разлуки, и ее это так пугало и ужасало, что она не смогла сдержать слез.

Лето прошло, теперь влюбленные не могут видеться так часто:

«В конце августа пошли дожди,…дачи опустели». Приходилось видеться урывками: то Обломов несколько раз пообедает в доме Ильинских, то назначаются свидания в магазинах, театрах.

Пейзажа уже нет, поэтому поэтичность отношений осенью меркнет.

Однажды Ольга назначила ему свидание в Летнем саду. Он даже не узнал ее, когда увидел. Эта встреча была неприятна Обломову. Это передается через его речь и через пейзаж: «Листья облетели, видно все насквозь; вороны на деревьях кричат так неприятно». Любовь, как и все прекрасное, увядает. А потом Обломов начинает врать Ольге о болезни, лишь бы не приходить и не попадать в неловкое положение.

Уже зима. Ольга появляется в доме Пшеницыной, говорит с Ильей Ильичом.

Во время разговора появляются первые недопонимания. Трещина в их отношениях уже появилась.

И очень скоро наступает полный разрыв с Ольгой.

Наверно, можно сравнить любовь между Обломовым и Ольгой с цветком. Он распустился в начале лета, осенью начал увядать, а зимой, не выдержав холодов, окончательно завял.

Действительно, пейзаж важен именно для развития чувств героев. Это одно из важных средств для раскрытия темы любви.

.

▶▷▶▷ штольц и обломов план сочинения

▶▷▶▷ штольц и обломов план сочинения
ИнтерфейсРусский/Английский
Тип лицензияFree
Кол-во просмотров257
Кол-во загрузок132 раз
Обновление:19-10-2019

штольц и обломов план сочинения - Обломов и Штольц (по роману И А Гончарова Обломов) (План rusochineniyaruoblomov-i-shtolc-po-romanu-i-a Cached Обломов и Штольц (по роману И А Гончарова Обломов ) ( План ) - Сочинения рассуждения Похожие сочинения : Загадочный Андрей Штольц (о романе Обломов И А Гончарова) У Гончарова Штольц таит Таблица Сравнительная характеристика Обломова и Штольца obrazovakarusochinenieoblomovtablica Cached Таблица Сравнительная характеристика Обломова и Штольца Обломов и Штольц центральны персонажи романа А И Гончарова Обломов Они разные по характеру и мировосприятию Штольц И Обломов План Сочинения - Image Results More Штольц И Обломов План Сочинения images Дружба и отношения Штольца и Обломова в романе Обломов wwwliteraturusru201507druzhba-oblomov-shtolc-otno Cached В детстве Штольц и Обломов живут в соседних деревнях Когда отец Штольца открывает пансион для дворянских детей, сюда поступают на учебу оба героя - и Обломов , и Штольц : Гончаров, Анализ произведения Обломов, План ege-essayrugoncharov-analiz-proizvedeniya Cached Анализ произведения Роман Обломов произведение этапное, которое в известной степени подводит итог большого и важного периода в развитии нашего народа и общества в целом Сочинения Обломов :: Сочинения Гончаров ИА :: LitraRU wwwlitrarucompositionworkwoid00012601184773069654 Cached Без Ольги Ильинской и без её драмы с Обломовым не узнать бы нам Илью Ильича так, как мы его знаем (по роману И А Гончарова Обломов ) Сон Обломова Анализ романа И А Гончарова Обломов, план Сочинения о книге wwwsochurokicomanaliz-romana-i-a-goncharova Cached План Знакомство с главным героем и его образом жизни Сон Обломова, в котором представлены все этапы его жизненного пути Детство и юность Андрея Ивановича Штольца Обломов и Ольга Ильинская Лучший друг Обломова Штольц характеристика образа Андрея obrazovakarusochinenieoblomovshtolc-drug Cached И это Андрею Ивановичу прекрасно удалось на момент описываемых в романе событий Штольц был уже значимой фигурой в Петербурге, известной светской личностью и незаменимым человеком на Образ Обломова анализ героя романа Обломов ege-essayruobraz-oblomova-analiz-geroya-romana Cached План Введение Почему Обломов старается уйти от реальной жизни? Обломов и Штольц образы-антиподы Раскрытие образа Обломова через любовь Заключение Обломов и Штольц (по роману И А Гончарова Обломов) (План wwwsochurokicomoblomov-i-shtolc-po-romanu-i-a Cached ( Штольц и Обломов одного возраста, вместе учились в пансионе отца Штольца в Верхлёве Они оба служили, но быстро вышли в отставку Штольца и Обломова объединяет любовь к Ольге План: Обломов как роман о любви (Изучаем роман Обломов) oblomovomskedusochinenijatemyd1html Cached д) Обломов и природа: усадьба детства и дачный парк е) Обломов и дети 3 Заключение Любовь как смысл жизни для Обломова и шире для каждого человека Promotional Results For You Free Download Mozilla Firefox Web Browser wwwmozillaorg Download Firefox - the faster, smarter, easier way to browse the web and all of 1 2 3 4 5 Next 11,900

  • Штольц же это новая эпоха в жизни страны: капитализм с его культом труда, рациональности, материаль
  • ного успеха. Представителями этих двух противоположных философий в романе являются Обломов и Штольц. Зрелый Штольц личность, которой очень трудно разобраться в своих чувствах, более того, он не пони
  • Зрелый Штольц личность, которой очень трудно разобраться в своих чувствах, более того, он не понимает любви, так как не может охватить ее рациональным умом. Когда Штольц подрос, отец стал брать его в поле, на базар, заставлял работать. Сочинение по произведению Обломов Гончаров: Обломов и Штольц. Неряшлив, нерешителен, мягок, ленив, апатичен, не лишен тонких душевных переживаний; Штольц - деятелен, резок, практичен, аккуратен, любит комфорт, открыт в душевных проявлениях, рассудок преобладает над чувством). Андрей Иванович Штольц противопоставлен в романе Обломову. первоначально он мыслился Гончаровым как положительный герой, достойный антипод Обломову. ...посторонней помощи Обломов именно этой чертой своего характера представляет полную противоположность Андрею Штольцу... Обломов и Штольц. Не думая о настоящих планах своих визитеров, Обломов постоянно оказывается жертвой человеческой хитрости. Штольц, в противоположность Обломову, боялся всякой мечты, загадочному, таинственному не было места в его душе. Штольца одного отправляли по делам, а когда тот пропал, отец не отправился искать сына, надеясь на его самостоятельность. Обломов и Штольц (сравнительная характеристика) quot;Обломов и Штольц - противопоставлениеquot; сочинение. Илья полный и мягкотелый, предпочитает лежать на диване в любимом халате и строить радужные планы, которые никогда не начнет осуществлять. Штольц, в отличие от Обломова, показан писателем деятельным человеком, у которого разум преобладает над чувством. Обломов, Кто нужен России: Обломов или Штольц? Однако образ Штольца более многомерен, чем кажется на первый взгляд. Обломов продолжает лежать. Главная gt; Литература gt; Нужно сочинение на тему: Обломов и Штольц: сопоставление или противопоставление?

которой очень трудно разобраться в своих чувствах

более того

  • которое в известной степени подводит итог большого и важного периода в развитии нашего народа и общества в целом Сочинения Обломов :: Сочинения Гончаров ИА :: LitraRU wwwlitrarucompositionworkwoid00012601184773069654 Cached Без Ольги Ильинской и без её драмы с Обломовым не узнать бы нам Илью Ильича так
  • как мы его знаем (по роману И А Гончарова Обломов ) Сон Обломова Анализ романа И А Гончарова Обломов
  • вместе учились в пансионе отца Штольца в Верхлёве Они оба служили

Нажмите здесь , если переадресация не будет выполнена в течение нескольких секунд штольц и обломов план сочинения Поиск в Все Картинки Ещё Видео Новости Покупки Карты Книги Все продукты Обломов и Штольц по роману И А Гончарова Обломов iessayru oblomov oblomov ishtolcp Сочинения , доклады, рефераты Обломов и Штольц по роману И А Гончарова Обломов План Развернутый план сочинения Обломов и Штольц Pandiaru Развернутый план сочинения Обломов и Штольц I Принцип антитезы характерная черта романа каждая План по теме ОБЛОМОВ И ШТОЛЬЦ по роману ИА plan poteme oblomo май План по теме Обломов и Штольц I Современное общество, представленное в романе И А Развёрнутые планы сочинений по роману ИА Инфоурок plan i авг Заключение Возвращаясь к вопросу, поставленному в начале сочинения Обломов и Штольц Развёрнутые планы сочинений по роману ИА Мультиурок plan янв Экспозиции Обломова и Штольца занимают текста произведения Развёрнутый план сочинения на тему Обломов как социально психологический тип по роману И Сочинение ОБЛОМОВ И ШТОЛЬЦ СРАВНИТЕЛЬНАЯ sochinenietutru сочинения Обломов План I Вступление Способы характеристики персонажей II Основная часть Обломов и Штольц поэт мечты и План конспект урока по литературе класс по теме plan urokaliteratury окт Отобрать материал для сочинения Развёрнутый план сочинения Обломов и Штольц Штольц и Обломов сравнительная характеристика wwwoteestvoruchackiyi янв Обломов и Штольц сравнение героев План Детство главных героев Оточество и юность Обломов и Штольц по роману Обломов Litraru wwwlitraru LitraRU Обломов и Штольц по роману Обломов Обломов Гончаров ИА Скачать сочинение Штольц живет строго по плану , его жизнь расписана по минутам, и в ней нет никаких Обломов и Штольц по роману И А Гончарова Обломов oblomov ishtolc сен Проблематика романа И А Гончарова Обломов План сочинение История создания романа Дружба Обломова и Штольца в романе Гончарова oblomov druzhb План Введение; Причины дружбы между Штольцем и Обломовым ; Особенности дружбы Обломова и Штольца в Андрей Штольц как антипод Обломова сочинение по теме oblomov andrey План Введение; Различия личностей Обломова и Штольца ; Штольц и Обломов антиподы или двойники? Противопоставление Обломова и Штольца в романе Сочинение Смысл противопоставления Обломова и Штольца Он ленив и способен только строить планы очинение на тему обломов и Штольц Сравнительная сен План Очинение на тему обломов и Штольц Сравнительная характеристика План Срочно баллов за лучший ответ за сочинение средней сложности Встреча Обломова со Штольцем План к сочинению по literasumeetingwith oblomov stolz План к сочинению по роману Обломов встреча Ильи Ильича со Штольцем Диалог друзей, знающих друг друга ШТОЛЬЦ КАК АНТИПОД ОБЛОМОВА Сочинения , Архив yaklassrumateriali?mode Урок по теме ШТОЛЬЦ КАК АНТИПОД ОБЛОМОВА Теоретические неосуществимые планы Штольц энергичен Обломов и Штольц сочинение по роману Обломов oblomov oblomov июл В романе ИА Гончарова Обломов получили отражение реалии из жизни российского Сравнительная характеристика Обломова и Штольца sochinenieorusravnitelnaya Сочинение Сравнительная характеристика Обломова и Штольца План Введение; Портретные характеристики героев; Различия в воспитании героев; Образование и карьера героев Часть вторая романа ИА Гончарова Обломов в oblomov chast_ Штольц был ровесником Обломова , и ему уже было за тридцать Он служил Да вот я кончу только план Обломов и Штольц сравнительная Сочинение на тему sdamnaru oblomov _i_shtolz Прочитайте сочинение на тему Обломов и Штольц сравнительная характеристика в романе Обломов Гончаров Обломов Википедия Обломов Обло́мов роман, написанный русским писателем Иваном Как позднее утверждал Гончаров, в году готов был план романа Андрей Иванович Штольц друг детства Обломова , наиболее близкий ему человек Образ и характеристика Штольца в романе Обломов sochiniteruobraziharakteristika Образ и характеристика Штольца в романе Обломов Гончарова сочинение Андрей Штольц один из план сочинения по роману обломов wwwtennissamararu plan sochinenii сен план сочинения по роману обломов и Штольц по роману И А Гончарова Обломов План Контрастность образов Штольц и Обломов Сочинение mysochru oblomov kontrastnost_ Описанием внешности Обломова и Штольца он подчеркивает Черты, ранее отраженные в характере Онегина, Печорина и др как второстепенные, теперь выдвинулись на первый план Сочинение на тему Мечты и действительность Обломова kritikarupagephp?id дек Мечты и действительность Обломова Гончаров И А картинами своего будущего семейного счастья Обломов поделился со Штольцем Анализ сна Обломова по плану План сочинения Кто является положительным героем plan sochineniyak Кто является положительным героем романа И А Гончарова Обломов ? I Вступление Положительный герой Семинар Обломов и обломовщина по роману ИА открытыйурокрфстатьи Семинар в классе по теме Обломов и обломовщина см план сочинения Обломов и Штольц Сочинение Обломов и Штольц сравнительная Сочинение Обломов и Штольц сравнительная характеристика Все его дела расписаны строго по плану Столкновение мечты и реальности в жизни Обломова по allsochrusochineniya Сочинение по произведению Обломов Гончаров Столкновение мечты и реальности в жизни Обломова по Характеристика Андрея Штольца в романе Обломов oblomov shtolcht фев Андрей Штольц положительный персонаж романа Ивана Гончарова Обломов , человек Сочинение автора Гончаров И А Обломов и штольц Сочинение автора Гончаров И А Обломов и штольц Главная Сочинение Литература и русский язык Штольц живет строго по плану , его жизнь расписана по минутам, и в ней нет История любви Штольца и Ольги Ильинской в романе wwwliteraturusruistorijaljubviShtol Штольц Ольга, любовь Штольц Ольга, Штольц Ольга Обломов , история любви Штольц Ольга, история Штольц ОБЛОМОВ И ОБЛОМОВЩИНА Культура письменной речи grammaruEDU?id Утопичность мечтаний Обломова В словаре утопия Словарь см план сочинения Обломов и Штольц Встреча Обломова со Штольцем анализ главы части sochinyashkaruvstrecha_ Третья глава второй части романа Гончарова Обломов повествует нам о приезде Андрея Штольца к своему Сочинение по литературе на тему Обломов и Штольц сопоставление Сочинение по литературе на тему Обломов и Штольц сопоставление или противопоставление Гончаров, Анализ произведения Обломов , План ВСЕ vsesochineniyarugoncharovanaliz июл Анализ произведения Роман Обломов ВСЕ Сочинения RU Сочинения и ГДЗ Гончаров, Анализ Гончаров, Анализ произведения Обломов , План Антиподом Обломова является образ Андрея Штольца , План Антиподы ли Обломов и Штольц ? Изучаем роман https oblomov omskeduahtml а Детство и воспитание Обломова и Штольца Конструктор сочинения рф от создателей этого сайта Обломов Краткое содержание Обломов Рустьюторс oblomov Однако из всех своих знакомых Обломов больше всего ценил Андрея Ивановича Штольца Обломов сетует, что Сравнение Обломова и Штольца Сочинения Сочинение на тему Сравнение Штольца и Обломова У него в голое постоянно крутились какието мысли, картинки, он постоянно стоил планы , но по совершенно непонятным причинам Роль Ольги Ильинской в судьбе Ильи Обломова По роману mlithelpercomp_Rol_Olgi_Ilinskoi_ Сначала стремление Ольги перевоспитать Обломова можно объяснять просьбой Андрея Штольца Ведь именно Сочинение Андрей Штольц как антипод Обломова Сочинение Андрей Штольц как антипод Обломова Открытый урок неосуществимые планы Штольц Краткое содержание романа Гончарова Обломов Брифли oblomov А Обломов ждёт друга своего детства, Андрея Штольца , который единственный, по его мысли, в силах помочь Обломов Мир ГДЗ reshebnikru reshebnikruege oblomov ? Сочинения по произведению Обломов Гончаров ИА Сравнительная характеристика Обломова и Штольца вариант Ленивые всегда собираются Сочинение по роману Обломов Сочинение на тему Андрей Штольц как антипод Обломова дек Сравнительная характеристика Обломова и Андрея Штольца в романе Ивана Александровича Роман ИА Гончарова Обломов в таблицах Сочинения litraruromaniagoncharova июн Обломов и Штольц Женские образы в романе Обломовщина как ведущая тема романа PDF Семинар в классе по теме Обломов и обломовщина newgymnruКазаковаТВ Споры Штольца с Обломовым Почему Штольц не может переспорить см план сочинения Обломов и ГОНЧАРОВ ОБЛОМОВ ЕГЭ ОГЭ ЛИТЕРАТУРА мар ЛИТЕРАТУРА ИТОГОВОЕ СОЧИНЕНИЕ мар в так очерчивал Гончаров план своего произведения Приезд Штольца в квартиру к Обломову Агафья Смерть Обломова Ольга и Штольц берут на Сравнительная характеристика Обломов и Штольц в таблице Обломов Штольц происхождение из богатого дворянского рода с Посмотрите эти сочинения Сравнительная Размышления о смысле жизни над страницами романа фев Пример сочинения по литературе Илья Ильич Обломов человек, познавший когдато не дает ему сделать нечто большее, нежели только мечты, планы и Андрей Штольц в нем преобладает та энергия и Характеристика Обломова и Штольца по роману ИА Характеристика Обломова и Штольца по роману ИА Гончарова Обломов Сочинение по литературе Запросы, похожие на штольц и обломов план сочинения обломов и штольц сочинение обломов и штольц сравнение сочинение обломов с планом сочинение на тему обломов и штольц обломов и штольц сравнительная характеристика сочинение обломов и штольц дружба обломов и штольц кратко обломов краткое содержание След Войти Версия Поиска Мобильная Полная Конфиденциальность Условия Настройки Отзыв Справка

Штольц же это новая эпоха в жизни страны: капитализм с его культом труда, рациональности, материального успеха. Представителями этих двух противоположных философий в романе являются Обломов и Штольц. Зрелый Штольц личность, которой очень трудно разобраться в своих чувствах, более того, он не понимает любви, так как не может охватить ее рациональным умом. Когда Штольц подрос, отец стал брать его в поле, на базар, заставлял работать. Сочинение по произведению Обломов Гончаров: Обломов и Штольц. Неряшлив, нерешителен, мягок, ленив, апатичен, не лишен тонких душевных переживаний; Штольц - деятелен, резок, практичен, аккуратен, любит комфорт, открыт в душевных проявлениях, рассудок преобладает над чувством). Андрей Иванович Штольц противопоставлен в романе Обломову. первоначально он мыслился Гончаровым как положительный герой, достойный антипод Обломову. ...посторонней помощи Обломов именно этой чертой своего характера представляет полную противоположность Андрею Штольцу... Обломов и Штольц. Не думая о настоящих планах своих визитеров, Обломов постоянно оказывается жертвой человеческой хитрости. Штольц, в противоположность Обломову, боялся всякой мечты, загадочному, таинственному не было места в его душе. Штольца одного отправляли по делам, а когда тот пропал, отец не отправился искать сына, надеясь на его самостоятельность. Обломов и Штольц (сравнительная характеристика) quot;Обломов и Штольц - противопоставлениеquot; сочинение. Илья полный и мягкотелый, предпочитает лежать на диване в любимом халате и строить радужные планы, которые никогда не начнет осуществлять. Штольц, в отличие от Обломова, показан писателем деятельным человеком, у которого разум преобладает над чувством. Обломов, Кто нужен России: Обломов или Штольц? Однако образ Штольца более многомерен, чем кажется на первый взгляд. Обломов продолжает лежать. Главная gt; Литература gt; Нужно сочинение на тему: Обломов и Штольц: сопоставление или противопоставление?

Лирика А.А. Фета как усадебный тест

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ГОУ ВПО ТГПУ ИМ. Л. Н. ТОЛСТОГО

кафедра литературы и

духовного наследия Л. Н. Толстого

КУРСОВАЯ РАБОТА

на тему: Лирика А.А. Фета как усадебный текст

Выполнена:

студенткой гр. 3 “Б”

факультета русской филологии и документоведения

очной формы обучения

Самокатовой Анной Александровной

Научный руководитель:

кандидат филологических наук

Абрамова В.И.

Тула 2008

Оглавление

Введение…………………………………………………………………………3

I Усадебный текст русской литературы

1. Усадебный текст как социокультурное явление…………………………..7

2. Истоки усадебного текста…………………………………………………16

II Усадебный мир в поэзии А.А. Фета

1. Парк как усадебное пространство................................................................23

2.. Проблема времени в усадебном тексте.......................................................26

3. Образно-символические атрибуты усадебного мира ………….…………28

4. Характер изменения усадебного текста на протяжении творчества поэта…………………………………………………………………………….34

Заключение……………………………………………………………………….44

Список литературы………………………………………………………............46

Введение

Русская поэзия тесно связана с жизнью дворянской помещичьей усадьбы. В старинных “дворянских гнездах” следует искать истоки воспитания, формирования и становления целой плеяды литераторов, творчество которых вписывается в хронологические рамки XIX “дворянского” века. На современном этапе различные аспекты усадебной жизни являются объектом пристального изучения, в первую очередь об этом свидетельствуют около трех десятков прошедших научных конференций, несколько сборников (в том числе восемь сборников “Русская усадьба”, изданных Обществом изучения русской усадьбы) и монографий. В 1992 году было возрождено Общество изучения русской усадьбы (ОИРУ). Усадьба, как не что иное в России, выполняла важную культуротворческую роль Родного Дома, “гнезда”, полного воспоминаний о предках, учившего ценить давно заведенный порядок. C 1861 года, года отмены крепостного права, в русской жизни наблюдаются два диаметрально противоположных процесса: с одной стороны, усадебная культура постепенно приходит в упадок (один из первых исследователей этой проблемы И.Н Врангель заявил об угасании усадебной культуры, о смерти усадьбы), а с другой стороны, феномен русской усадьбы получает новое воплощение в произведениях литературы в рамках “усадебного текста”. Важное место занимает и круг философско-культурологических проблем, исследование которых за последние годы стало ведущим направлением в изучении усадебной культуры. Проблема "русская усадьба - модель мира" (об этом писали такие исследователи, как Г.Ю.Стернин, Т.П.Каждан, О.Евангулова и др.) ориентирована на понятие ментальности. М.М. Бахтин в одной из работ по теории хронотопа привлекает внимание читателя к пространственному уголку, “где жили деды и отцы, будут жить дети и внуки в тех же условиях, видевших то же самое , ту же рощу, речку, те же липы, тот же дом.”*.

Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики //Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики –М.: Худож. лит, 1975.-c 373. Далее тексты цитируются по этому изд. с указ стр.

C развитием идиллического хронотопа Бахтин, в первую очередь, соотносит, социально-психологический роман, хотя в современных исследованиях жанровая принадлежность дефиниции трактуется несколько иначе: идиллия выступает одним из преломлений усадебного топоса, и именно в этой связи усадебный топос русской классической литературы рассматривается как архетип”[5,181].

В своем исследовании я опиралась как на вышеуказанных ученых (М. М. Бахтин, Ю. Гринько), так и на работы В.C. Турчина, Ю.М. Лотмана, В.Г. Щукина, который предложил сам термин “усадебный текст” В его труде “Исследования в области мифологии и истории идей” дается подробный анализ усадебного текста в русской литературе и истоков усадебного текста. Он рассматривал лирику А.А. Фета, используя это понятие. Основываясь на работах В.Г. Щукина, Т.М. Жаплова проводила и проводит многочисленные ислледования усадебной поэзии. Также, я опиралась на исследование М.В. Глазковой, которое посвящено усадебному тексту в русской литературе второй половины XIX века. Из наиболее значимых исследователей творчества А.А. Фета стоит отметить Ю. Айхенвальда, Д.Д. Благого, Б.Я. Бухштаба.

Русское имение в разные времена оставалось одним из наиболее востребованных образов в литературе, однако его присутствие в тексте того или иного стихотворения не всегда свидетельствует о принадлежности последнего к усадебной поэзии. Под усадебной подразумевается поэзия, в которой воссоздается образ усадьбы, представленный в нескольких, наиболее характерных аспектах: пространственно-временных, аксессуарных, символико-метафорических. Усадьба – явление синтетическое, объединяющее архитектурный облик дворянского гнезда и его ландшафтную, садово-парковую среду, особые представления о специфике времени, определяющие жизнь нескольких поколений. Лирический герой обнаруживает знакомство с архитектурными и ландшафтными особенностями своего имения и описывает их с помощью образов-символов и достоверных реалий. В лирике поэтов XIX века усадебная идиллия предполагает ретроспективное мышление лирического героя; жизнь в имении устремлена в близкое прошлое и сопряженные с ним ценности – семейные, родовые, земледельческие. Время усадебное воспринимается, прежде всего как мифологическое, оно всегда в прошлом и замкнуто на прошлом, приходит к лирическому герою и персонажу в воспоминаниях о детстве и юности, атмосфере любви, заботы, внимания, царящих в замкнутом, камерном мире поместья.

Актуальность видится в возможности и необходимости расширить диапазон изучения русской усадебной культуры XIX века в целом и “усадебного текста” на примере стихотворений А. Фета. Актуальной остается проблема традиций и новаторства, сопутствующих изображению имения в лирике. Создание образа-эмблемы усадьбы, его составляющих и границ требует осмысления в современных культурных и исторических условиях. “Дворянское гнездо” исследуется как важнейшая универсальная модель бытия русского человека XIX века. На материале творчества Фета исследуется своеобразие пространственно-временной характеристики усадьбы, выявляются особенности создания образа усадьбы, анализируется специфика подлинных усадебных реалий и символико-метафорической картины мира.

Научная новизна заключается в том, что осуществлен комплексный анализ лирики А. Фета как усадебного текста. Творчество Фета как “усадебный текст” рассматривается с разделением на периоды. Очерчены пространственно-временные границы усадебного мира, приводится классификация метафорических символов.

Цель данной работы – охарактеризовать особенности лирики А.А. Фета через понятие “усадебный текст”

Задачи исследования.

1. дать определение понятию “усадебный текст”, проследить историю его

развития и доказать правомерность его применения по отношению к лирике

А.А. Фета.

2.определить темы и характер “усадебного текста” в творчестве А. Фета.

3.исследовать систему образов-символов, характерных для развития усадебной лирики А. Фета.

4.охарактеризовать особенности изменения образа усадьбы в течение творческой жизни поэта.

Объект исследования – лирика А. Фета.

Предмет исследования – приемы создания и составляющие усадебного текста у А.А. Фета.

Усадебный текст русской литературы

Усадебный текст как социокультурное явление

Термин “усадебный текст” предложил В.Г. Щукин, рассматривая усадебный текст русской литературы и истоки усадебного теста в исследовании в области мифологии и истории идей. Усадебные переживания, усадебная любовь, деревенская (усадебная) природа, оскудение дворянства – все это стало к концу XIX века общим местом массовой журнальной беллетристики. Именно у эпигонов следует искать наиболее яркие, откровенные проявления данной литературной традиции. “Усадебный текст представляет из себя группу изоморфных в формальном и содержательном отношении конкретных текстов, выступающих в качестве его вариантов, которые образуют сложное сочетание системных и внесистемных элементов инвариантного текста”[13,67]. “Усадебный текст входит в отношения с соположенными текстами культуры – усадебной архитектурой, садово-парковым искусством, музыкой, кодексом поведения - и является генератором смыслов, на которые в определенных условиях могут намекать соположенные тексты”[12, 132]

Усадебный текст классической русской литературы выражает элегическую ностальгию по утрачиваемому райскому саду – символу красоты и благоденствия. К духу усадебного текста близка античная легенда о «золотом веке» и о его не внезапной, а растянувшейся на длительное время агонии. Важным персонажем этой легенды была Астрея – «дочь Зевса и Фемиды, богиня справедливости, сестра Стыдливости, обитавшая среди людей золотого века». Из-за испорченности нравов Астрея покинула землю и превратилась в созвездие Девы. Другие мифологические персонажи, метонимически сопоставленные с идиллическим местом, - это нимфы, божественные девы, олицетворявшие животворящие силы природы. Дева золотого века, дева рая фигурирует в коллективном сознании и подсознании человечества, как символ чистоты, невинности, нежности, очарования, а также зари, весны и начала. Дева символизирует пейзаж, а окружающими ее атрибутами являются типично идиллические предметы: белая лилия, агнец, голубица, звезда. Семантическая схожесть поверий о деве оказалась как нельзя кстати создателям текста об утрачиваемой красоте и гармонии усадьбы. Усадебный текст включает в себя далеко не все произведения, действие которых происходит в усадьбе. Описания усадьбы (дома, сада, окрестностей) также является необходимым, но не достаточным элементом, наличие которого автоматическое произведение в его состав.

Необходимыми и достаточными свойствами, наличие которых в произведении позволяет отнести данное произведение к усадебному тексту, могут считаться следующие:

1.соотнесенность содержания с мифом усадьбы как утрачиваемого или утраченного рая;

2. усадебный хронотоп, то есть состояние счастливой безмятежности и покоя в замкнутом пространстве обустроенной природы;

3. душевные переживания и впечатления героев, изображение которых трудно представить вне описаний природы (сведенной к пространству усадьбы с окрестностями), причем негативно-минорное настроение героя контрастирует с полнотой бытия и несравненной красоты природы;

4. меланхолический лирический подтекст, служащий для создания специфического настроения отрадно-ностальгической грусти;

5. идиллико-элегическая жанровая модальность, зачастую переходящая в мелодраматизм;

7. главенство автора над изображаемым миром, идеологическая и стилистическая одномерность (монологичность) авторского слова и слова героя.

Можно также указать некоторые сигналы усадебного текста, по которым легко распознать относящееся к нему произведение, но которые сами по себе не являются его необходимыми и достаточными элементами. Это ретроспективность повествования (хотя усадебная проза и особенно поэзия могут осуществляться и в настоящем времени), склонность к импрессионистическим, а не к экспрессионистическим зарисовкам. Это такие герои, как «лишний человек», старый слуга и чистая, одухотворенная, способная сильно и самоотверженно любить девушка. Это такие «извечные» мотивы усадебной литературы, как приезд в родное гнездо (часто под вечер или в начале ночи) и «свежее утро» на следующий день, впечатления у открытого окна утром или вечером, девичья спальня, библиотека, тайные свидания в «таинственных» местах, любовные перипетии и разочарования.

Истоки усадебного текста восходят к сентиментальной прозе и поэзии конца XVIII-начала XIX века. Однако в те подготовившие его появление времена еще не могли появиться произведения, соорентированные на общепонятный миф усадьбы: тосковать по утраченному раю было тогда еще рано. Сентименталисты, как позднее романтики, призывали совершить побег из «неволи душных городов» в деревню, на лоно природы, но если первые ограничивались указанием на нараставший конфликт между частной и общественной жизнью, то вторых интересовал душевный разлад, как причина страдания личности. «Лишние люди», которые начиная с 1820-х годов оказались в центре внимания русской литературы, прятали свой конфликт с обществом и государством внутрь души, борясь с самим собой, но в то же время оставались людьми обеспеченными, благополучными. Их образ идеально вписывался в хронотоп усадьбы, а ад в душе романтически контрастировал с образом земного рая.

Первое произведение усадебного текста, довольно несовершенное по форме, но новаторское по замыслу, было написано в 1834г. Н. Станкевич написал повесть «Несколько мгновений из жизни графа Т***». В центре ее – неимоверные, плохо мотивированные, кажущиеся порою неестественными и надуманными страдания «лишнего человека» на фоне благоухающей природы в усадьбе. Сознательной ностальгии по уходящим в прошлое дворянским гнездам в повести нет, а описаниям пейзажа и интерьера отводится минимальное место. Зато присутствуют иные важные признаки усадебного текста: психологический анализ, меланхолическое настроение, замкнутый хронотоп, скромная и наивная девушка, как объект любви. Важное качество повести, которое позволяет отнести ее к усадебному тексту, заключается в том, что автору удается передать катастрофическое состояние обреченности не только героя, который в конце концов умирает от тоски и страданий, но и прекрасного и все же тесного, ограниченного уголка мира, в котором он пребывает.

Таким образом, усадебный текст появился на почве романтизма и вобрал в себя многие романтические образы и мотивы. Однако, подлинные романтики, такие как В.Ф. Одоевский или Лермонтов, не были певцами дворянских гнезд. Они могли лишь улавливать некоторые существенные сигналы усадебного текста. «Первая любовь» Тургенева – одно из наиболее ярких образцов усадебной прозы.

Начиная с 40-хгодов прошлого века можно обнаружить две основные линии в развитии усадебного текста. Первая из них, открывающаяся ранее упомянутой повестью Станкевича, рассматривала в первую очередь душевную драму «лишнего человека». Наиболее удобной для ее изображения была ситуация несчастной или несвершившейся любви, а пространственно-временным обрамлением – «природа», то есть усадьба с ближайшими окрестностями. (А.Д. Галахов «Ошибка»,1846, «Кукольная комедия»1847; М.В. Авдеев повесть-идиллия «Ясные дни»,1850). Другую линию составляли произведения, в центре которых оказывалась молодая девушка – предшественница Лизы Калитининой, а действие сосредотачивалось вокруг любовной интриги. Чистота и нежность оказывались лейтмотивом такого рода произведений. А. Нестроев, настоящее имя П.Н. Кудрявцев, московский профессор истории, западник и соратник Т.Н.Грановского, его «Флейта»(1939), в которой рассказана история первого чувства, преобразившего жизнь мальчика-музыканта, - типичную усадебную повесть, проникнутую романтической патетикой и сентиментальной чувствительностью. Повесть «Цветок»(1841), посвящена анализу женской души. К образу «лишнего человека» Кудрявцев обратился в повести «Без рассвета».

Обе линии усадебного текста развивались параллельно друг другу. Даже в том случае, когда «усадебный» герой, чаще всего «лишний человек», изображался вне своей «натуральной» среды, идиллико-элегический тон повествования сохранялся.

Благодаря Тургеневу образ усадьбы приобрел самостоятельную, независимую от характеров персонажей и сюжетных перипетий мифологическую ценность. Стало понятным выражение «поэзия дворянских гнезд». Во второй половине 50-х годов, когда крестьянская реформа стала делом ближайшего будущего, умы творческой интеллигенции все более стали занимать образ старинной, «заглохшей» разорившейся усадьбы. Эстеты-элитаристы приняли поэзию дворянских гнезд близко к сердцу. Иногда у них выходили почти эпигонские по отношению к тому же Тургеневу вещи: повести Константина Леонтьева «Подлипки»(1861) и « В своем краю»(1864), роман Я.П. Полонского «Признание Сергея Чалыгина»(1867). Эпигонов Тургенева во второй половине XIX века было достаточно много, и все они не преминули изобразить раскрытое окно, девушку в белом платье и парк при луне. Некоторые из них: Р.А. Гарднер (повесть «Пустушково», 1860, роман «Всякому свое»,1862), Е.П. Воронова (рассказы, «Роман моей матери», 1865), А.А. Брянчанинов (рассказ «Три свидания»,1867, повесть «Безысходная доля»,1868; «Повести и рассказы « 1870).

Авторами усадебной прозы зачастую становились женщины. Именно «дамская» литература 1830-1860-х годов, в которой активно разрабатывалась проблематика семьи, женской судьбы и несчастной любви, оказала значительное влияние на формирование писательской манеры зрелого Тургенева. Образы его усадебных повестей, видимо, также оказались близки женскому сердцу. Когда-то он прислушивался к голосу женщин-писательниц; во второй половине века писательницы подражают ему, а в начале прошлого столетия поэзия дворянских гнезд, впервые возникшей «страсти нежной» и любовных обманов становится расхожим мотивом литературы «для горничных и кухарок».

Даже самые слабые в художественном отношении произведения усадебного текста претендовали на роль воссоздателей лирического настроения, сопровождающего переживание красоты. Поэтому не случайно существовала не только усадебная проза, но и усадебная поэзия. Ее вершиной следует считать творчество Фета, поэзию которого, за немногими исключениями, можно отнести к усадебному тексту (данный вопрос будет подробно рассмотрен во второй главе). Из других поэтов – авторов усадебного текста, следует назвать Я.П. Полонского, К.К. Случевского, великого князя Константина Константиновича, И.Ф. Анненского, И.А. Бунина, Андрея Белого, Н.C. Гумилева. В начале XX в. трактовка усадебных мотивов в поэзии подвергается видимым изменениям: усадьба рассматривается как дорогой сердцу памятник далекого прошлого, все более подвергающийся забвению. Голос лирического героя становится проникнутым горько-лирической тональностью, сопровождающей осознание обреченности «старого» мира с его несравненной красотой и несомненной порочностью. Произведения усадебного текста создавались, в основном, авторами, симпатизировавшими западнической, а не славянофильской идейной ориентации. Это вполне объяснимо: русское западничество, возникшая как естественная идеология «лишних людей», превыше всего ставило суверенную личность, обретавшую гармоничную форму в условиях высокоорганизованной материальной и духовной культуры, а проявлением такой культуры в Росси XIX века было, кроме Петербурга, дворянское гнездо тургеневского типа. Славянофилы ценили в сельской жизни не красоту природы и архитектуры, но близость к простому народу, обитавшему не в барских покоях, а в избах.

Усадебный текст не мог не породить контртекст, состоявший из произведений, в которых поэзия дворянских гнезд или очарование «тургеневской девушки» подвергалось разоблачению, обычно с разночинских, плебейских позиций. Характерна в этом плане едкая ирония Писемского, который заменял поэзию дворянских гнезд прозой барских имений. В произведениях младшего брата Маркова, Евгения, усадебная тема подвергается трансформациям. В книге новелл «Барчуки. Картины прошлого»(1866-1874) в духе позитивистского оптимизма изображено цивилизованное гнездо, расцветающее благодаря усилиям хозяина, живущего «по-буржуазному» – для себя. От усадебной прозы остаются лишь выдержанные в элегическом тоне лирические отступления.

Сложной проблемой представляется отношение к усадебному тексту творчества Л.Н.Толстого. С одной стороны, по мере своего духовного развития Толстой приближался к критикам усадебного текста и мифа. “Он стремился к разрушению знаковости, к асемантически-асинтаксическому порядку мира, в соответствие с которым каждый предмет, атрибут или действие означают только самих себя и не входят друг с другом в иерархические отношения” [11, 26].C точки зрения толстовства, бессмысленно было создавать искусственные руины, если большая часть человечества живет в трущобах, или описывать меланхолию, если меланхолия – не что иное, как проявление неестественного, болезненного образа жизни.

В то же время очевидным является то, что Толстой, подобно Тургеневу и Фету, впитал усадебную культуру с детства. Он остался совершенно чужд урбанизму. В творчестве Толстого автобиографические моменты играют большую роль, поэтому совершенно невозможным представляется его безразличие или прямая враждебность к поэзии дворянских гнезд (картины деревенской жизни в «Детстве» и «Отрочестве», семейно-родовые гнезда в «Войне и мире»). Природный и культурно-историеский ландшафты составляют у Толстого неразрывное единство, на фоне которого и в тесной органической связи с которым – как и в усадебном тексте – разворачивается психический процесс, становящейся предметом пристального и глубокого анализа. Толстой включал в свои произведения мощные пласты усадебной прозы, перерабатывая ее по-своему.

Уже на рубеже 1820-х и 1830-х годов возникает метатекст, составленный из описаний старинных усадеб в путеводителях по окрестностям Москвы и Петербурга. Своего развития он достигает в первые десятилетия XX века, когда усадьба начинает осознаваться как памятник старины и хранительница непреходящих духовных и художественных ценностей. Она становится объектом научного изучения в кругах, близких к журналу «Мир искусства». В годы Первой мировой войны в Петербурге появилось периодическое издание «Столица и усадьба» с характерным подзаголовком «Журнал изящной жизни». В начале прошлого столетия издавалось много книг, специально посвященных научно-популярному или популярно-мемуарно описанию усадеб (например, С.Д. Шереметев, небольшие книжки которого с описаниями разных усадеб начали появляться под конец 1880-х годов.) Авторы, писавшие об усадьбах не стихи и не художественную прозу, испытывали на себе влияние усадебного текста русской литературы, заражаясь характерной для него меланхолической ностальгией.

В наши дни никто больше не пишет усадебный текст. Давно исчезла усадьба как живой, меняющийся культурный организм, как место жизни людей. В художественной литературе она появляется только как предмет исторических описаний. Одним из последних писателей усадебного текста был Бунин: целый ряд стихотворений, рассказов («Антоновские яблоки», «Последнее свидание», «Грамматика любви», повесть «Митина любовь», новеллы, вошедшие в сборник «Темные аллеи», и обширные «усадебные» фрагменты романа «Жизнь Арсеньева». В 1920-ые годы в эмиграции печатались эпигонская усадебная проза и поэзия.

В 1923-1924 годах в русской литературе стала ощущаться потребность решительно обозначить наступление конца усадебной культуры и поставить точку в усадебном тексте. В октябре 1923г. Бунин написал рассказ «Несрочная весна». Он построен в форме письма некоего «лишенца», доживающего свой век в нэповской Москве, к его другу, по всей вероятности, эмигранту. Автор письма рассказывает о своей поездке в провинцию и о посещении старой екатерининской усадьбы, представляющей «народное достояние» и по сему случаю превращенной в музей. Пребывание в покоях дворца среди золоченых гербов и старых портретов воспринимается рассказчиком как путешествие в потусторонний мир, в царство теней, блистательных мертвецов. Рассказчик у Бунина отчетливо понимает, что дворянская культура канула в Лету. Эта мысль подчеркивается неоднократно, в первую очередь – описанием фамильного склепа с громадными мраморными гробами усопших хранителей чести и славы Державы Российской. А возвратившись в советскую Москву, этот бунинский герой, близкий к альтер-эго самого писателя, отчетливо осознает неотвратимость истории, похоронившей живую культуру национальной элиты. И хотя впоследствии Бунин еще не раз сделает дворянскую усадьбу местом действия своих произведений, воспевая ее красоту и дописывая тем самым последние страницы усадебного текста, в данном случае он явно ощущает возникшую необходимость обозначить его конец.

Годом позже было написано еще одно произведение, которое играло роль логического завершения столетней литературы о дворянских гнездах. Это рассказ М.А. Булгакова «Ханский огонь». В отличие от Бунина его автор не относит себя к людям ушедшей эпохи, не имеющим ничего общего с новой жизнью и выражающим свое отношение к дворянской культуре надгробным плачем. Однако он отчетливо видит непреходящие ценности этой культуры. Изображенная в рассказе Булгакова усадьба князя Тугай-Бека превращена в музей, а бывший владелец ее приезжает в нее с группой экскурсантов, преобразившись в «важного иностранца». Усадьба-музей сгорела дотла, подожженная князем Тугай-Бегом, который выходит из горящего дома в парк через «освещенную луной дверь на восточную террасу», как и положено герою усадебного текста. За несколько минут до окончательного бегства он произносит знаменательные слова: «Не вернется ничего. Все кончено. Лгать не к чему».

Истоки усадебного текста

Усадебный текст возник в первой половине 1830-ых годов и совпал с кульминационным моментом в развитии романтизма, когда такие важные характеристики усадебного текста, как психологический аналитизм, эстетизация природы, обыденного быта и исторического прошлого, воспринимались как вещи в достаточной степени очевидные. Исповедальная психологическая проза наряду с психологической лирикой настроения заявила о себе как одна из наиболее важных линий литературной эволюции. Линия эта прослеживается у Жуковского, любомудров, романтиков из кружка Станкевича, достигает апогея в творчестве Тургенева и Л.Толстого. Другим предшественником поэзии дворянских гнезд был Батюшков, творчество которого знаменательно тем, что наряду с тоской по романтической дали, он выражает тоску по благоустроенному жилищу, по домашнему теплу. Специфической особенностью усадебного текста было органичное сочетание психологического аналитизма с эстетическим переживанием одомашненной природы и культурного пространства самого жилища. Внутренний мир человека отступает у Батюшкова на задний план. Он был певцом не меланхолии, а отрады, что отличало его от поэтов-романтиков и сближало с классицистами – Державиным и Богдановичем. Понимание Батюшковым красоты было тесно связано с телесно-предметным истолкованием пластики. Красотой, в его представлении, была наделена каждая, даже самая «прозаическая» вещь, а потому творимое слово подчинялось логике означаемой вещности, предметности. Этический образ стремился к тому, чтобы заменить собою реальный предмет и предстать пластически ощутимым. Это означало, что образ человека в поэзии Батюшкова приобретал скульптурные, а окружающий его мир – архитектурные формы. Наиболее адекватным локусом (местоположением), вмещавшим эти формы, был сад.

В литературе о дворянских гнездах слились воедино две линии развития образности, которые отчетливо прослеживаются тогда, когда классицизм находится в закате, а романтизм едва заявляет о себе. Это психоаналитическая (поэзия души) и идиллическая поэзия (поэзия обустроенной природы и культурно-исторической, зачастую архитектурной среды. Первооткрывателями того и другого рода поэтического мышления были не романтики. Решительный поворот в области образности, стилистики, поэтики – своего рода «сентиментальная революция» – приходится на 90-е годы XVIII века и связывается с литературной деятельностью Карамзина и других представителей сентиментализма. Именно к Карамзину и карамзинистам в конечном счете восходит своими истоками усадебный текст. Черты «классичности» неразрывно связаны с культурой русской усадьбы, начиная с архитектуры и заканчивая словом, дух систематизации и организованности, нормы «хорошего вкуса», сочетание симметричности с живописностью и другие особенности эстетики Просвещения, не различавших строго классицистических законов от сентиментальных, - все это закрепилось в усадебной культуре гораздо раньше, чем в литературе.
“Сентиментальная литература, провозглашавшая не предельно возвышенную, как классицизм, а «усредненную» норму жизненного поведения, активно эстетизировала обыденный быт, в том числе быт усадебный.”[10, 296]. Сентиментализм в России бросал вызов традиционному русскому коллективизму. Это относится ко всем линиям развития культуры, берущим начало в сентиментализме, в том числе к усадебному тексту. “Субъективированным” был и язык сентиментальной литературы. “Поэзия по своей природе чужда слову, не построенному по внутренним законам языка поэта, не звучащему в его субъетивно-личной тональности, - проза же диалогична, многоголоса и идеологически противоречива”. [Бахтин, c. 88]. Новаторство сентиментализма особенно проявлялось в прозе, для которой лирический монологизм и пронизанность субъективными настроениями составляли область неизведанного. Красота усадеб и красота художественных произведений осмыслялись как явления одного порядка. Карамзин был во многих отношениях первопроходцем. В русской сентиментальной прозе ему по праву принадлежит главное место: здесь он был первым по времени, и по достоинству. В противовес ему князь П.И. Шаликов считается эпигоном сентиментальной литературы. Придя в литературу после Карамзина, он в готовом виде воспринял от него субъективную психологическую манеру, приемы монологического повествования от первого лица и антропоцентрический пейзаж. От себя он добавляет то, что можно назвать поэзией приятного и беззаботного времяпрепровождения. Местоположение соответствующих описаний избирается безошибочно – это усадьба («Деревня» «Камелек», «Васильевское») или модная дачная местность («Царицыно»). Шаликов писал произведения, которые впоследствии разовьются в усадебный текст. В них отсутствует глубокий аналитический психологизм, недостает сложного лирического подтекста, нет еще мифа дворянского гнезда. Но уже присутствуют признаки будущего усадебного текста, такие как указание на домашний уют, легкий налет «дикости» и загадочности и один из важных сигналов усадебного текста – темные аллеи. Усадьбы и царицынские дачи у Шаликова описываются не только как место, но и как хронотоп, с характерным для этих мест времяпрепровождением (прогулки, купанье, катанье на лодках, флирт, дружеская беседа). И все это в состоянии счастливой безмятежности, которое и являет собой сущность усадебного хронотопа.

Наиболее благоприятной порой для передачи лирического настроения был весенний или летний вечер, основные события, разворачивающиеся в усадьбе и вокруг нее, чаще всего укладываются во временной промежуток с весны до осени. Те же самые особенности обнаруживает и сентиментальный хронотоп.

Сентиментализм не создал ни усадебной прозы, ни усадебной поэзии. Но тем не менее, пропустить эту страницу в истории русской литературы и культуры оказалось невозможным. Сентименталисты не просто продолжали старую, восходящую к античности, традицию обращения к хронотопу покоя и безмятежности – они открыли человеческое «я», освободившееся от веками тяготевших над ними природных и общественных определяющих. Сентиментальный герой не борется за существование и не вписывается в сообщество людей, которые пытаются навязать ему роль в иерархической структуре, унаследованной еще от патриархальных времен. Он уже не тратит все свое время на исполнение общественных обязанностей. Превыше их он ставит обязанности семейные, знает, что такое прелести частной, домашней жизни. Ему доставляет удовольствие общение с женою и детьми. И вполне возможно, что женился он по любви, или, по крайней мере, по собственной воле, а не по приказанию родителей. Он всегда может подать в отставку, чтобы полностью посвятить себя домашнему и деревенскому хозяйству. Он сочетает службу с досугом и легко находит время для прогулок, путешествий, для дружеских бесед и почтовой корреспонденции, для всяческих затей, и, конечно, для переживаний, горестных и радостных, для самоуглубления и самонаблюдения. Наконец, он открывает красоту природы и ассоциирует переживание с соответствующим местом, с идиллическим, «меланхолическим» или «зловещим» природным и культурно-историческим ландшафтом. В его представлении природа, веками осознаваемая только лишь как могучий противник человека, облагораживается, обретает душу и становится «чувствительной».

Сентиментализм, представлявший собой одно из идеологических и художественных течений века Просвещения, выходил далеко за рамки литературы, охватывая всю область духовной, а косвенно также материальной культуры. Он явился важной альтернативой по отношению к рационализму и гражданскому сознанию, провозгласив ценность частной, домашней, а также внутренней, интимной жизни человека, на которую мало до этого обращали внимание. Несмотря на то, что сентиментализм противопоставлял себя рационализму, оба эти течения роднило то, что они явились выражением индивидуализма. Именно к сентиментализму восходит лирико-монологическая линия развития литературы, в рамках которой культивировалось индивидуалистическое авторское слово.

Сентиментально-индивидуалистическое сознание характеризуется внутренней двойственностью. С одной стороны, оно идиллично, так как ранний индивидуализм стремится насладиться свободной и безмятежной жизнью. С другой стороны, оно элегично, поскольку с обретением свободы индивидуалист почти сразу начинает ощущать отчужденность, отрешенность от «мировой гармонии», за которой скрывается утраченный патриархальный лад. Возникает литературный тип интроверта, «слабого человека», переживающего индивидуалиста, в России впервые заявивший о себе в незавершенной повести Карамзина «Рыцарь нашего времени». Тип этот элегичен, в то время как идилличен противостоящий ему тип – чистой и наивной девушки. Сентиментализм не был антидемократичным (поступок Карамзина, который изобразил крестьянку с некрестьянским именем Лиза, превосходившую Эраста не только в нравственном отношении, но и в плане культуры чувств, для своего времени был весьма демократичен, поскольку утверждал равенство и достоинство всех людей независимо от происхождения). При этом сентиментализм всегда был элитарен, претендовал на то, чтобы быть выражением возвышенных, утонченных состояний души. Сентиментализм не «снижал» образа действительности, а возвышал его, избегая притом демонического духа сомнения и отрицания, которое появится в литературе с приходом романтизма. Элитаризм является необходимым качеством для развития любой национальной культуры, необходимым не только самой элите, но и широким массам.

Элитарным или хотя бы претендующим на элитарность был и усадебный текст, предпосылки для возникновения которого появились благодаря сентиментальной прозе и поэзии. Недоставало осознания кризиса, неотвратимости глубоких социальных перемен, чтобы дворянская интеллигенция ощутила некую «прощальность» того «райского уголка», в котором приходили на свет, росли, наслаждались, страдали и умирали поколения хранителей национальной культуры. Из этого ощущения и возник миф дворянского гнезда.

Усадебный текст в поэтическом творчестве А.А. Фета

Поэзию Фета за немногими исключениями можно отнести к усадебному тексту. Он совершенно сознательно воспевает гармонию замкнутого обустроенного пространства. Доминантой лирики Фета, так же как усадебных повестей Тургенева, является нежность, тесно связанная с ощущением домашнего тепла и любви. Усадьба для Фета – это не просто местоположение, а родной дом. Именно так построены его стихотворения «Деревня»(1842), «Фантазия»(1847), «Шепот, робкое дыхание»(1850), «Сияла ночь»(1877) и другие. Природа, изображенная в его стихотворениях, увиденная вблизи, крупным планом, в подробностях, но в то же время – со стороны, вне практической целесообразности, сквозь призму красоты.

Обычный хронотоп для Фета – дом + сад: усадьба. Это – мир, увиденный из усадебного окна, и усадьба, изображенная как центр мироздания. Усадьба для Фета – не просто предмет изображения, а точка зрения, взгляд на мир. Даже стихи о природе, где нет специальных деталей усадебного текста («Это утро, радость эта…») демонстрируют ту же самую точку зрения: такую картину нельзя увидеть из многоэтажного петербургского дома или крестьянской избы. «Художественный мир усадьбы имеет свое пространство и время, свою систему ценностей, свой «этикет» и нормы поведения…. Усадьба образует замкнутую модель мира, отношения которого с окружающими не просты, а часто и конфликтны… В усадьбе словно синтезировалась вся история, вся география, вся природа, вся культура…В усадьбе был «Эдема сколок сокращенный». Она являла собой некое обетованное место счастья, покоя и тишины»[17, 11]. Такой образ усадьбы встречается у Державина и Пушкина, Толстого и Тургенева, позднее у Блока и Бунина. Однако у большинства этих поэтов и писателей картина усадебной жизни входила в более широкие контексты. Фет же был «длиннонобородым Адамом» (« И я, как первый житель рая»- строка одного из его стихотворений), который создавал практически самую подробную картину русского усадебного мира. Основные разделы фетовских книг («Весна», «Лето», «Снега», «Осень», «Вечера и ночи») были знаками вечного возвращения, круговорота природы, а конкретные его стихотворения – признаками вечного обновления. «Еще майская ночь», «Опять осенний блеск денницы», «Опять весна! Опять дрожат листы…» - характерные начала фетовских стихотворений. Фет с его стремлением к вечной красоте не приемлет социально-обличительный образ усадебной жизни («Записки охотника» Тургенева, Салтыков-Щедрин, Бунин, Некрасов). Идиллия – вот основной эмоциональный тон его художественного мира. В этом смысле фетовский образ мира больше всего напоминает идиллический «Сон Обломова» Ведь то, о чем мечтал Илья Ильич Обломов – неспешное беззаботное существование в кругу семьи и друзей – вполне осуществимо только в усадьбе.

Парк как усадебное пространство в лирике А.А. Фета

Традиционно основными зонами усадебного пространства принято считать дом (дворец), парк (сад), парковые павильоны. Они наделяются особыми чертами, приметами и эмоциональным ореолом. Непременная составляющая парка – это аллея. Она является “героиней” большинства стихотворений с усадебными мотивами. Прямая аллея, ведущая к парадному подъезду, она же выполняет функцию главной оси парадного двора, и ей соответствует центральная ось здания. По сравнению с пейзажной частью парка – свободной, постоянно меняющейся – главная аллея создается в поэзии как образ статичный, неизменный, заставляющий задуматься о вечном, о смене поколений. Аллея въездная (она же парадная, главная, центральная) воспринимается продолжением дома, воплощением мировосприятия хозяина – помещика, так как она обустроена в соответствии с личными пристрастиями барина, историей его рода, тесно переплетающиеся с важными событиями в жизни страны. Аллея придает структуру саду и придворцовой части парка, одновременно упорядочивая его, разбивая на

части, определяя правую и левую границы. Главная аллея может рассматриваться как начало, гармонирующее естественное и стихийное в природной среде, окружающей человека в имении:

Любо мне в комнате ночью стоять у окошка в потемках,

Если луна с высоты прямо глядит на меня

И, проникая стекло, нарисует квадраты лучами

По полу, комнату всю дымом прозрачным поя,

А за окошком в саду, между листьев сирени и липы,

Черные группы деля, зыбким походит лучом

Между ветвями – и вниз ее золоченые стрелы

Ярким стремятся дождем…*.

Деление пространства в приведенном стихотворении объясняется традиционной системой планирования аллей по схеме клетки, разграничивающий сад на квадраты или несколько (чаще всего четыре) прямоугольника. Поэтому лунной ночью лирический герой Фета наблюдает четкие линии в отбрасываемых на полу отсветах; именно они передают соразмерность распределения в аллеях липовых и сиреневых посадок. В пространстве сада важную роль играет пространство аллеи как место перехода из одного состояния в другое.

Прием антитезы в стихотворении «Сестра»(1857, cтр. 86) показывает, что переход из одного места в другое сопровождается еще и изменением эмоционального состояния, изменения отношения к близкому человеку.

Боже, зачем хороша так сестра,

Что перед ней я себя ненавижу!

Образ сестры предо мною стоял...

Так я всю ночь по аллее ходила.

В спальню вошла я; она уж спала.

Как хороша, как светла и добра!

Нет, и сравненьем ее не обижу!...

*Фет А.А.Стихотворения/А.А. Фет.-Москва,1956.-c.123.Далее тексты цитир. по эт. изд.

Наиболее типичной в поэзии XIX- начала XX века является липовая аллея – аллея закрытая, над которой смыкаются ветки, заслоняя небо. Закрытая липовая аллея характерна и для «английского», и для «французского парков», она может быть подстрижена в виде арки или туннеля, символизируя замкнутость пространства:

Как здесь свежо под липою густою –

Полдневный зной сюда не проникал,

И тысячи висящих надо мною

Качаются душистых опахал (стр. 64)

Менее распространен в поэзии образ еловой аллеи. Традиционно еловую аллею располагали в качестве подъездной, чтобы своей мрачной атмосферой она задавала установку на торжественное восприятие главного дома и изысков садово-парковой архитектуры:

Над мрачным ельником проснулася заря,

Но яркости ее не радовались птицы…(стр. 189)

Чаще всего в усадебной поэзии местом действия избирается песчаная аллея. Cветлая песчаная аллея резко выделялась на фоне окружающей зелени и воспринималась будто отдельно от парка:

Солнца луч промеж лип был и жгуч, и высок,

Пред скамьей ты чертила блестящий песок…(стр. 228)

В некоторых стихотворениях воссоздающих усадебную атмосферу, упоминаются дерновые аллеи, представляющие собой и тропинку, и продолжение растительной части сада:

Густые липы те ж, но заросли слова,

Которые в тени я вырезал искусно,

Хватает за ноги заглохшая трава,

И чувствую, что там, в лесу,

Мне будет грустно (стр. 184)

Подобные «естественные» ландшафты довольно органичны в пространстве «английского » пейзажного парка, как и мшистый газон, создающий смешанные ощущения у наблюдателя, который постепенно перестает видеть границу между садиком и дикими окрестностями. Для «английского» «натурального» парка характерен плавный, незаметный переход усадебного пространства в пространства леса, поля, оврагов и водоемов, а также в деревни и сельскохозяйственные угодья, всегда сопутствующие помещичьему хозяйству. Эти пространства придают поместью обширность и бесконечность, и одновременно незавершенность, продлевая перспективу. Пейзажный парк как сфера экспериментов в области ландшафтного искусства объединяет мир дворянской и простонародной культур. Хозяйственные сооружения уже не скрываются от глаз, а располагаются таким образом, что превращаются в важные элементы ансамбля. Довольно часто упоминается материал, который соседствует с кирпичом («культурным», искусственным материалом с точки зрения влюбленных в природу романтиков), - камень, символизирующий проникновение природного пространства, выросшего из земли, в культурное:

Я рад, когда с земного лона,

Весенней жажде соприсущ,

К ограде каменной балкона

С утра кудрявый лезет плющ (cтр.60)

Итак, старый парк, аллеи являются традиционными культурными атрибутами и символами «дворянского гнезда», они же выступают необходимыми элементами пространства усадьбы. Для поэта, как и для архитектора, практически каждая деталь усадебного пространства выполняет особую функцию: передать цельность, замкнутость и одновременно бесконечность жизни в «дворянском гнезде».

Проблема времени в усадебном тексте А.А. Фета

Отсутствие чувства физического времени, осознание поэтом ценности мига, основанное на философии Шопенгауэра, и проистекающая из этого антиномия «миг – вечность» определяет такое важное свойство поэзии «усадебного текста», как «элегическая тональность повествования». Если в прозе важнейшую роль играет циклическая организация усадебного бытия в соответствии с тремя основными циклами – сменой вех человеческой жизни, церковным и земледельческим календарем, то в поэзии на первый план выступает антиномия «миг – вечность», определяющая элегическую тональность поэтического «усадебного текста»:

Прошла пора влюбленных грез,

Зачем еще томиться тщетно?

Но вдруг один любовник роз

Запел так ярко, беззаветно.

Прощай, соловушко!— И я

Готов на миг воскреснуть тоже…

(“Дул ветер, плакала трава”, стр.112)

Вечность (“прошла пора”, “прощай”) неразрывно связана с мигом (“вдруг запел”, “на миг воскреснуть”).

Человек, ощущая себя вписанным в круговорот земного существования, внутренне осознает свое выпадение из этого круговращения бытия, которое связывается в его представлении с обыденностью, в то время как остро переживаемая им в этом выпадении антиномия «миг – вечность» переводит его существование из повседневности в план сакрального:

Целый заставила день меня промечтать ты сегодня:
Только забудусь - опять ты предо мною в саду.
Если очнусь, застаю у себя на устах я улыбку;
Вновь позабудусь - и вновь листья в глазах да цветы

Душу мою ты в свой мир светлый опять унесла.

(“Целый заставила день меня промечтать ты сегодня”, стр.11)

Лирический герой мечтает, уходит от реальности и обыденности. Его существование, душа из повседневности уносится в план сакрального.

Так, в «усадебном тексте» Фета поэтика воспоминаний, «ретроспективность повествования», бесконечное противопоставление «тогда» и «теперь» способствуют сакрализации усадебного времени.

Образно-символические атрибуты усадебного мира

Все, созданное Фетом с ноября 1877года уже в третьей для него усадьбе – Воробьевке, наполнено далекими от действительности символами и вымышленными атрибутами, поскольку в этот период он – стареющий помещик, устранился от прозаической стороны жизни, передав дела управляющему, и отдал предпочтение области символов и метафор. Реализация метафоры в создании облика фетовского усадебного комплекса, его составляющих и границ времени может быть развернута в целое стихотворение, становиться композиционным и сюжетным центром лирической новеллы, задавать тон в заглавии или порождать контекстуальные, авторские параллели в поэтическом исследовании двух миров – реального и вымышленного. Для Фета существуют постоянные образы-символы, частотность обращения к которым столь высока, что позволяет воспринимать их как некоторые коды, с помощью которых поэт передает свое восприятие атмосферы, царящей в поместье. Прежде всего, выделяются символы и метафоры, связанные с изображением осенних и зимних холодов, с одной стороны, и весенним или летним теплом – с другой

Вчера зарей впервые у крыльца

Вечерний дождь звездами начал стынуть

(«Псовая охота», стр. 150)

Дул ветер. Плакала трава

И ветви о недавнем зное

И роз, проснувшихся едва,

Сжималось сердце молодое

(«Дул ветер. Плакала трава», стр. 112)

Обыденность, в которой берут начало фетовские символы, преображается, утрачивает конкретность и по эмоциональному накалу восходит к образцам высокого романтизма первых десятилетий XIX века, с канонической, вневременной, даже библейской символикой. В контексте лирики А. Фета отчетливо проявляется группа стихотворений, в которых присутствуют образы, констатирующие перемены – сезонные, суточные – в саду, в парке, его аллеях, на цветах, на пчельнике. Некоторые фетовские метафоры не подаются расшифровке без привлечения мемуарной литературы, очерков дворянского быта середины XIX века, например, сравнение светляков на пчельнике, поднесенных С.А. Толстой на глазах Фета, с лучистыми изумрудами:

В моей руке – какое чудо! –

Твоя рука,

И на траве два изумруда –

Два светляка

(“Я повторял: когда я буду…”, cтр 240)

Особую группу составляют стихотворения с символами воды, окружающей жителей имения: фонтана, пруда ручья, реки, озера. В мире лирического героя именно воде дано сопровождать музыкой жизнь в уединенном поместье, разряжая тишину дня или ночи и наполняя по-фетовски – “мелодиями” – окрестности дома и сада. В ряде случаев с символическими прудом, рекой, озером связан мотив горя, слез, подобно традиции устного народного творчества и постоянным образам:

Плачет старый камень,

В пруд роняя слезы…”

(“В дымке-невидимке”)

“Пруд, как блестящая сталь,

Травы в рыдании…

(“В лунном сиянии”, стр. 195)

Однако чаще Фет связывает с плеском струй, журчаньем ручья мечты о скором свидании, в нежном лепете воды угадывает голос возлюбленной.

Но мне понятней еще говорит

Этот правдивый румянец ланит,

Этот цветов обмирающих зов,

Этот теней набегающих кров,

Этот предательский шепот ручья…

(“Чуя внушенный другими ответ…”)

Так ласково шепчут струи,

Словно робкие струны воркуют гитар,

Напевая призывы любви.

(“Благовонная ночь…”, стр. 199)

С водной стихией в стихотворениях Фета с усадебными мотивами неизменно соседствует небесная, чаще – звездная. Традиционная антитеза земное – небесное у поэта приобретает неожиданное развитие: даже самая темная водная гладь, например, ночной реки, совершенно меняется, стоит лишь ей соприкоснуться с небесным – звездным огнем:

До слуха чуткого мечтаньями ночными

Доходит плеск ручья.

Осыпана кругом звездами золотыми,

Покоится ладья.

(“На лодке”)

Я жду…Соловьиное эхо

Несется с блестящей реки,

Трава при луне в бриллиантах…

(“Я жду…Соловьиное эхо…”, cтр. 245)

В образной системе Фета особую роль играют собственно сравнения, которые берут начало в обыденных впечатлениях лирического героя. Мир, как правило, в текстах, изобилующих подобными сравнениями, четко разграничен на две ипостаси: земную, реальную, и небесную, идеальную:

И только в этот вечер майский

Я так живу,

Как будто сон овеял райский

Нас наяву.

(“Я повторял: когда я буду…”, стр. 243)

Сравнения проникают и в тексты, которые квалифицированы как шутки, дружеские послания, тогда бытовой аспект усиливается авторской иронией над миром, над собой – помещиком и поэтом, в данном контексте уподобленным корнеплодному растению в сухой земле, скрытому могильной мглой – Степановкой:

И замирает вдохновенье

В могильной мгле,

Как корнеплодное растенье

В сухой земле

(“Хотя по прежнему зеваю…”, стр. 239)

Помимо перечисленных образных форм в лирике А. Фета с усадебными мотивами представлены следующие элементы символизации и метафоризации:

  1. аллегорические символы (“Целый заставила день меня промечтать ты сегодня”, стр. 11), когда влюбленный юноша таится от обитательницы соседнего поместья, наблюдая за ней, предается смелым мечтам, сравнивая героиню попеременно то с Афродитой, то с Психеей и обнаруживая в чертах ее младшего брата явное сходство с Амуром, оставившим райский сад и перенесшимся в сад ближайшего имения:

Целый заставила день меня промечтать ты сегодня:

Только забудусь – опять ты предо мною в саду.

О, Афродита! Не твой ли здесь

шутит кудрявый упрямец?

Долго недаром вокруг белый порхал мотылек;

Мне еще памятен образ Амура и нежной Психеи!

Душу мою ты в свой мир светлый опять унесла

  1. антитеза, основанная на использовании в одном контексте образов огня и льда (мороза), например:

Казалось, нет конца их грезам

На мягком лоне тишины,-

А нынче утренним морозом

Они стоят опалены.

(“Георгины”, стр. 221)

  1. ассоциации (“На кресле отвалясь, гляжу на потолок…”, стр. 121). Cкрещение четырех сквозных образов, предназначенных передать одиночество лирического героя через кружение пятна света над лампой, напоминающее о стае бесприютных, встревоженных по осени грачей, отзывающимися в сознании персонажа воспоминанием о давнем посещении его уединенного дома возлюбленной и ее бегстве навсегда:

Зари осенней след в мерцанье этом есть:

Над кровлей, кажется, и садом,

Не в силах улететь и не решаясь сесть,

Грачи кружатся темным стадом…

Нет, то не крыльев шум, то кони у крыльца!

Я слышу трепетные руки…

Как бледность холодна прекрасного лица!

Как шепот горестен разлуки!

  1. метонимия, литота, метонимический символ, например, когда лирический герой с благодарностью вспоминает разбросанные по просторам России дорогие его сердцу усадьбы, в которых неизменно встречал радушие хозяев под гостеприимным кровом, то ограничивается наиболее значимым для него словом “приют”:

Спасибо ж тем, под чьим приютом

Мне было радостней, теплей,

Где время пил я по минутам

Из урны жизни моей…”

(“Я вдаль иду моей дорогой…, стр. 215)

  1. цветовая символика. В стихотворениях с усадебными мотивами Фет отдает предпочтение серебряному, золотому, опаловому, бронзовому, белому – т.е. оттенкам светлых тонов, контрастных по отношению к которым выступает синий:

Я жду... Соловьиное эхо
Несется с блестящей реки,
Трава при луне в бриллиантах,
На тмине горят светляки.

Я жду... Темно-синее небо
И в мелких и в крупных звездах,
Я слышу биение сердца
И трепет в руках и в ногах.

Я жду... Вот повеяло с юга;
Тепло мне стоять и идти;
Звезда покатилась на запад...
Прости, золотая, прости

( “Я жду… Соловьиное эхо…”, cтр 30)

В большинстве случаев фетовские изобразительно-выразительные средства вырастают до символов бытия – национального и уже – усадебного, самого типичного для России середины XIX века – помещичье-сельского. Приемы эти, каждый в отдельности и в совокупности с другими в контексте лирики Фета, служат реализации одной цели – оформлению образа русского имения в метафорическом, возвышенном ореоле, напоминая читателю во многом забытую “малую Родину” и подкрепляя авторский совет вернуться в поместье:

Не говори о счастье, о свободе

Там, где царит железная судьба.

Сюда! Сюда! Не рабство здесь природе –

Она сама здесь верная раба.

(“Все, все мое, что есть и прежде было…”, стр. 115)

Характер изменения усадебного текста на протяжении всего творчества поэта

В первый период творчества (1840-1860) в усадебной поэзии А.А. Фета появляются черты, которые определяют ее дальнейший характер. В качестве одной из наиболее ярких мифологем выступает образ сада как места свиданий. Он противопоставлен дому как месту порядка и ритуала:

Не бойся вечернего сада,

На дом оглянися назад, —

/Смотри-ка все окна фасада

Зарею вечерней горят

(«Вечерний сад»,1842, cтр19).

Это противостояние выражается посредством антитезы – вечерний в сумерках сад (место свиданий, сакральное место) и красные от зари фасады окон (дома). Противопоставление и на уровне цветовой символики

(вечерний, темный и горящий от зари). Рядом с лирическим героем, мифологическим прототипом которого является «первый человек» Адам, всегда есть «первая женщина», и образ сада, с одной cтороны, самостоятелен, а с другой, важен именно как пространство, на котором разворачиваются их отношения:

Мне жаль и фонтана ночного,

Мне жаль и жуков заревых,

Мне жаль соловья заревого…

(«Вечерний сад»).

С помощью анафоры вводится субъект переживания, характеризуется его душевное состояние (сожаление), фоном для которого является сад.

И не слышат слышит только соловей...

Да и тот не слышит — песнь его громка;

Разве слышат только сердце да рука:

Слышит сердце, сколько радостей земли…

(«Люди спят; мой друг, пойдем в тенистый сад», 1853, cтр 25).

Аллитерация звука «ш» создает ощущение приглушенности, шепота, но не тишины, а ночной жизни вокруг.

В пространстве сада важную роль играет пространство аллеи как место перехода из одного состояния в другое (данный вопрос будет рассмотрен подробнее в следующем параграфе).

«Стихотворение «О нет, не стану звать утраченную радость…»(1857, стр 35) наиболее полно воссоздает образ «дворянского гнезда» в его ориентации на архетип рая на земле:

И пусть очнусь вдали, где к речке безыменной
От голубых холмов бежит немая степь,

Где с дикой яблонью убором спорит слива,
Где тучка чуть ползет, воздушна и светла,
Где дремлет над водой поникнувшая ива
И вечером, жужжа, к улью летит пчела.

Там наконец я всё, чего душа алкала,
Ждала, надеялась, на склоне лет найду…

Анафора «где» еще раз подчеркивает ориентацию на местоположение. Будучи очень конкретным, фетовский хронотоп, в отличие от аналогичных описаний Кольцова или даже Пушкина, не акцентирует национальные черты и приметы. Он имеет временную природу, тяготеет к вечности. Фетовская усадьба открыта всем стихиям: где-то рядом блещет море и живут античные боги; горит в лесу костер, в свете которого, «Точно пьяных гигантов столпившийся хор,/ Раскрасневшись, шатается ельник»; прямо над головой начинается беспредельный космос. Но изображение всегда сиюминутно, импрессионистично, привязано к этому мгновению: «На стоге сена ночью южной»,(1857, cтр 39):

На стоге сена ночью южной
Лицом ко тверди я лежал,
И хор светил, живой и дружный,
Кругом раскинувшись, дрожал.

Земля, как смутный сон немая,
Безвестно уносилась прочь,
И я, как первый житель рая,
Один в лицо увидел ночь.

Я ль несся к бездне полуночной,
Иль сонмы звезд ко мне неслись?
Казалось, будто в длани мощной
Над этой бездной я повис.

И с замираньем и смятеньем
Я взором мерил глубину,
В которой с каждым я мгновеньем
Все невозвратнее тону

Это стихотворение можно разделить на две части: "погружение" в бездну и "утопание" в ней. Одна мысль следует за другой, одна следует из другой, они связаны неразрывно. Стихотворение наполнено олицетворениями ("хор светил, живой и дружный", "земля немая", "сонмы звёзд неслись", "лицо ночи"), и это означает, что Фет вдыхает жизнь во все вокруг и наделяет чертами живого и ночь, и землю, и ночные светила - для него живо всё, о чём он повествует. Земля уходит, видится лишь смутным сном, Земля уносится прочь. И ночь своим открытым лирическому герою великолепием дарит ему ощущение рая. Лирический герой слаб, бездна тянет его к себе - "будто в длани мощной над этой бездной я повис". Он ничего не может сделать, он не способен противодействовать, он не в силах объяснить, сам ли он сделал шаг навстречу бездне, или она его настигла - теперь он беззащитен, теперь он неотвратимо утонет в ней. Но Фет открывает в ночи не хаос, а гармонию. Цвета южной ночи - насыщенные, глубокие, яркие, и волшебство её поистине нереальной красоты пленило его. Ночь, спустившаяся на предгорья юга - словно чёрная бездна, лишённая дна, и тот, кто пытается постичь её, вперив взгляд в безраздельное царство тьмы, исполненной глубины, со светилами, не проливающими света, но только разжигающими интерес к этой тайне, тот вскоре перестаёт быть самим собой - уже сама душа вглядывается в бездну, сама душа его. И тьма - душа ночи и душа человека всматриваются одна в другую, каждая желая разгадать тайну и постичь смысл другой. Лирический герой - душа его - столкнулась с бездной ночи. И, встретившись с бездной, герой тонет в ней. Душа бесплотна, она способна слиться с тьмой воедино, она способна стать частью бездны и может раствориться в очаровании полуночи. Фет словно бы заглянул в саму вечность, словно сумел отыскать взглядом небесную дверь, отправиться за которую сумела его душа, изумлённая глубиной и красотой, и жизнью неба и его светил. Он уходит от быта, и Земля безвестно уносится прочь - он погружается в бытие, в вечность, и душа уже не в силах вернуться назад - столь чудесно и волнующе, прекрасно и таинственно - загадочно это бытие. Мир Грёз, скрыт где-то там, в ночной тишине, в величественном покое. «И с замираньем и смятеньем/ Я взором мерил глубину…» Фетовские четыре строфы организованы по принципу композиционного кольца: совершив воображаемый головокружительный полет, лирический субъект возвращается в исходную точку, на стог сена, откуда все начиналось. Стихотворение начинается с фиксации конкретной ситуации: реальный человек, повествующий субъект сейчас, сегодня, южной ночью лежит на стоге сена и видит перед собой звездное небо. Стихотворение Фета изображает восторг растворения в природе. Стог сена и живая бездна Вселенной, человеческое «я» и звезды соизмеримы в этом стихотворении.

И если ночь занимает в поэзии Фета такое значительное место, если в ней он видит отдельную личность, словно бы ту третью, своим благословением осеняющую влюблённых, то лишь потому, что она - ночь вполне "разоблачённая": и сама обнажённая, и наготу природы являющая, она легче дня, и этой чудесной лёгкостью своей ближе душе, чем день. Больше ночью, нежели днём, живёт душа. Ночью мы вглядываемся "в лицо природы спящей" и понимаем "всемирный сон"; ночью, в торжественном забвении и мраке горит "единый путь до божества".  И  ночь - это женщина, а для Фета зримой или незримой женственностью дышит каждая пядь природы.

В первый период, как и во все последующие, появляется образ сада. Он подвергается мифологизации и выступает как дивный и таинственный мир, изображаемый и в дневном сиянии, и в ночном блеске. Но все картины природы важны лишь потому, что их воспринимает лирический герой, они созвучны проявлениям его внутренней жизни или являются фоном для такого частотного в лирике Фета мотива, как усадебное свидание. Но не только любовные мотивы занимают важное место в «усадебном тексте» поэта. Он стремится и к философскому осмыслению усадебного бытия. Сад осмысливается как потерянный рай. С другой стороны, усадьба может восприниматься как цель жизненных стремлений поэта, «лоно тихого земного идеала», с которого он надеется перейти на «лоно вечности».

Период с 1860 по 1877 был не слишком плодотворным для творчества А.А. Фета, тем не менее он отмечен появлением новых мотивов и жанров. В посланиях И.C. Тургеневу поэт перечисляет все преимущества усадебного бытия, а себя изображает как демиурга, преобразующего этот хронотоп. Через ряд стихотворений проходит противопоставление России (большей частью усадебной, помещичье-сельской) и Европы:

Ты наш. Чужда и молчалива
Перед тобой стоит олива
Иль зонтик пинны молодой;
Но вечно радужные грезы
Тебя несут под тень березы,
К ручьям земли твоей родной

(«Тургеневу», cтр 95)

И.C.Тургенев большую часть времени проводил за границей. Олива и пинна – знаки, реалии европейского пространства. А береза и родная земля –это Россия.

Мрачные стихотворения навеяны нелегкими буднями (“Какая грусть, конец аллеи” (стр.102):

Какая грусть! Конец аллеи

Опять с утра исчез в пыли.

Опять серебряные змеи

Через сугробы поползли

Загадочная, почти сказочная метафора «серебряные змеи» порождает вереницу образов: то это уходящие вдаль тропинки, то причудливые тени, отливающие серебром в лунном блеске. А может быть, это поземка – предвестница наступающей бури. Таинственная картина зимы, должно быть, увидена поэтом из окна. Конец аллеи словно замыкает пространство окружающего мира. Но уже в следующей строфе обнаруживаем, что пространство предельно расширяется, появляются образы неясного неба, сливающегося с белой степью, разыгравшейся бури и ворона, тяжело машущего крылами. Ощущение покоя, чистоты и ясности развеялось, и странно, не в унисон прозвучали слова:

На небе ни клочка лазури,

В степи все гладко, все бело…

Душа лирического героя так слита с природой, так созвучна ей. Надежда связывается им только с пробуждением природы, с весной, когда «опять душа помолодеет, опять родной увидит край...» Так ленивая душа превращается в «страстную и чистую», так грусть сменяется надеждой, так завершается лирическое повествование, подводя нас к смысловому итогу. Последняя строфа – это и эмоциональное, и смысловое завершение стихотворения. Это последняя и высшая точка лирического сюжета:

Где бури пролетают мимо,

Где дума страстная чиста, –

И посвященным только зримо

Цветет весна и красота

Гармония и красота окружающего мира открыты лишь посвященным, чутко улавливающим звуки пробуждающейся природы, узнающим помолодевшей душой «родной край» – прекрасное в жизни, прекрасное в искусстве. Отдельное слово в стихотворении Фета само по себе не несет смысловой нагрузки, оно воспринимается только в ближнем контексте: грусть – конец аллеи – серебряные змеи; тяжело – холод – лениво – умирающим; надежда – помолодеет – весна – красота. Первое ключевое слово в этом ряду – грусть, последнее – красота. И опять же только в контексте происходит движение смыслов. Гармония, весна, красота связаны с домом, усадьбой, аллеей. Лирический герой надеется, что еще сможет вернуться в этот прекрасный, родной для него мир. Это стихотворение не просто живописно, оно построено на внутренних созвучиях: «конец аллеи», «исчез в пыли», «поползли», «один лишь ворон против бури крылами машет тяжело». Но эти обрывки настроений, взятые вместе, образуют очень стройную картину мира – прекрасного. Такие звуковые повторы, воспринимавшиеся самим Фетом как явления прекрасного в поэзии, придают стихотворению ту силу, которой не имеет ни отдельно взятое слово, ни отдельно взятый живописный образ.

Про стихотворение « В дымке-невидимке» Л.Толстой писал Фету: "Стихотворение ваше крошечное прелестно. Это новое, никогда не уловленное прежне чувство боли от красоты выражено прелестно" (11 мая 1873).

И тебе не грустно?
И тебе не томно?

И тебе не томно?
И тебе не больно?

(стр 110)

Прием параллелизма, используемый в конце первой и второй строфы, нужен для того, чтобы выразить чувство тоски и боли еще экспрессивней.

Второй период творчества А. А. Фета характеризуется меньшим количеством стихотворений, но большей жизненной активностью в стремлении обрести собственную усадьбу, хотя в это время речь идет только о хуторе. А. А. Фет становится сельским жителем.

Последний этап творчества А.А. Фета (1877-1892) характеризуется появлением в лирике поэта нового образа сада – осеннего, «угрюмого», «темнеющего», «с голыми аллеями», который связан с временным планом настоящего и противопоставлен цветущему саду первого периода творчества, который теперь связан с планом прошедшего.

Устало все кругом: устал и цвет небес,
И ветер, и река, и месяц, что родился,
И ночь, и в зелени потусклой спящий лес,
И желтый тот листок, что наконец свалился...(1889, cтр 150)

Единоначатие и повтор союза «и» создают мрачную атмосферу, указывая на бесконечность мира и предметов вокруг. Все вокруг бесконечно, спокойно и апатично. Сад из места свиданий становится местом воспоминаний, увядания, умирания. Сад сакрален лишь тогда, когда в нем есть любовь; если это чувство ушло, то он теряет свою ориентированность на первообраз. В стихотворении «Никогда»(1879, стр 220) усадебный миф вообще разрушается:

Проснулся я. Да, крышка гроба. - Руки

С усильем простираю и зову

На помощь. Да, я помню эти муки

Предсмертные. - Да, это наяву! -

И без усилий, словно паутину,

Сотлевшую раздвинул домовину

И встал. Как ярок этот зимний свет

Во входе склепа! Можно ль сомневаться? -

Я вижу снег. На склепе двери нет.

Пора домой. Вот дома изумятся!

Мне парк знаком, нельзя с дороги сбиться.

А как он весь успел перемениться!

Ни зимних птиц, ни мошек на снегу.

Всё понял я: земля давно остыла

И вымерла. Кому же берегу

В груди дыханье? Для кого могила

Меня вернула? И мое сознанье

С чем связано? И в чем его призванье?

Куда идти, где некого обнять,

Там, где в пространстве затерялось время?

Вернись же, смерть, поторопись принять

Последней жизни роковое бремя.

А ты, застывший труп земли, лети,

Неся мой труп по вечному пути!

Дом сравнивается с гробом, а усадьба – со склепом. Все вокруг осознается как приближение смерти, выхода нет. Некуда идти, некому прийти на помощь, некого обнять. Герой задает вопросы, ответа на которые нет. Все живое вокруг вымерло. Прежней жизни уже не вернешь, смысла жить дальше нет. Метафора «труп земли» достаточно точно отражает сложившуюся ситуацию, в сопоставлении с «моим трупом» дает понять, что жизнь кончилась, никто и ничто не возродится здесь больше. К тому же герой обращается к “трупу земли”, то есть это своеобразное олицетворение, которое одновременно является и оксюмороном (олицетворяется то, что живым уже никогда быть не может).

В целом, в «усадебном тексте» последнего периода творчества Фета преобладает минорная тональность. Происходит демифологизация образа «дворянского гнезда».

Заключение

Лирику А.А. Фета за немногими исключениями можно целиком отнести к усадебному тексту. Доминантой лирики является нежность, тесно связанная с ощущением домашнего тепла и любви. Идиллия – вот основной эмоциональный тон его художественного мира. Усадьба для Фета – это не социокультурный локус, а родной дом.

Признаки усадебного текста у А.А. Фета:

1.соотнесенность содержания с мифом усадьбы как утрачиваемого или утраченного рая;

2. усадебный хронотоп, то есть состояние счастливой безмятежности и покоя в замкнутом пространстве обустроенной природы;

3. душевные переживания и впечатления героев, изображение которых трудно представить вне описаний природы (сведенной к пространству усадьбы с окрестностями), причем негативно-минорное настроение героя контрастирует с полнотой бытия и несравненной красоты природы;

4. меланхолический лирический подтекст, служащий для создания специфического настроения отрадно-ностальгической грусти;

5. идиллико-элегическая жанровая модальность, зачастую переходящая в мелодраматизм;

7. главенство автора над изображаемым миром, идеологическая и стилистическая одномерность (монологичность) авторского слова и слова героя.

Образы, которые “представляют” усадебное пространство, усадебный текст – сад, аллея, дом. Главная “героиня” большинства стихотворений – аллея, ведущая к парадному подъезду, она же выполняет функцию главной оси парадного двора, и ей соответствует центральная ось здания. Образы наделяются эмоциональным ореолом, образуя единое бытовое культурное пространство.

В образной системе лирики основной акцент сделан на символизацию и метафоризацию, как наиболее характерные приемы для воссоздания атмосферы русского имения, отвечающие намерениям автора отрешиться от бытового, конкретного начала и передать атмосферу дворянских гнезд в романтически-возвышенном ореоле. Элементы символизации и метафоризации: аллегорические символы, антитезы, ассоциации, метонимия, литота, метафорические образы- символы, сравнения.

Отсутствие чувства физического времени, осознание поэтом ценности мига определяют элегическую тональность повествования. Поэтика воспоминаний, ретроспективность повествования, противопоставление “тогда” и “теперь” способствуют сакрализации усадебного времени.

В первый период, как и все последующие, ключевым в рассматриваемых стихотворениях поэта является образ сада. Этот образ подвергается мифологизации и выступает как дивный и таинственный мир. Второй период творчества характеризуется меньшим количеством стихотворений, но большей жизненной активностью. Cтихотворения рисуют однообразно тоскливые будни. Для третьего периода характерно появление трагических мотивов, усадебный мир разрушается.

Список литературы:

  1. Айхенвальд, Ю. Силуэты русских писателей/ Ю. Айхенвальд.- Москва: Изд-во Т-ва “Мир”, 1913.-150c.

  2. Бахтин, М.М. Вопросы литературы и эстетики/М.М. Бахтин.-Москва: Худож.. лит.,1975.-504с.

  3. Благой, Д.Д. Мир как красота. О “Вечерних огнях” А. Фета/ Д.Д Благой, М. А. Соколова.- Москва: Изд-во “Наука”, 1981. -112c. (сер. “Литературные памятники”)

  4. Бухштаб, Б. Я. А. А. Фет: Очерк жизни и творчества/ Б.Я. Бухштаб.-АН ССР.- 2-е изд.- Л.: Изд-во “Наука”,1990.-138с.-(сер. “Литературоведение и языковедение”)

  5. Гринько,Ю. Топос “усадьба” и основные структурные признаки русского классического романа в “Вишневом саде” А. П. Чехова. /Ю.Гринько//Материалы международной научной конференции. Изд-во МГУ,2001.-C.181-192

  6. Глазкова, М.В. Усадебный текст в русской литературе второй половины XIX века (И. А. Гончаров, И.C. Тургенев, А.А. Фет):Автореф…канд. филолог. наук. :10.01.01/М.В. Глазкова.- Москва., 2008.

  7. Жаплова, Т.М. Признаки усадебного пространства в поэзии XIX-начала XX века./ Т.М. Жаплова// Вестник ОГУ.-2005.- № 11.-C.12-22

  8. Жаплова, Т.М. Символизация и метафоризация в усадебной лирике А. Фета./Т.М.Жаплова// Вестник ОГУ.-2004.- №12.-C.10-15

  9. Жаплова,Т.М. Усадебная поэзия в русской литературе XIX-начала XX веков: Автореф…доктор. филолог. наук.: 10.01.01/Т.М. Жаплова.- Оренбург.,2007.

  10. Лотман, Ю.М. Бытовое поведение и типология культуры в России XVIII века/Ю.М. Лотман. - Москва:,1976.

  11. Лотман, Ю.М. Проблема знака и знаковой системы и типология русской культуры XI-XIX веков/Ю.М. Лотман//Статьи по типологии культуры.- 1970.-C.26-32

  12. Лотман, Ю.М. Семиотика культуры и понятие текста/Ю.М. Лотман//Избр. статьи в 3n/N/I/ Таллин.-1992.-C.132

  13. Лотман, Ю.М. Структура художественного текста/Ю.М. Лотман//Текст и функция.- Москва, 1970.-C.67-72

  14. Розенблюм, Л. А. Фет и эстетика “чистого искусства”: Особенности лирики Фета/Л. Розенблюм//Вопросы литературы.-2003. -№ 2.-С.105-162

  15. Сафонова, Т.В. “Тоскливый сон прервать единым звуком”: антитеза в лирике А. А. Фета/ Т.В. Cафонова//Русская речь.-2007. - №5.-C.13-15

  16. Cухих, И. Русская литература XIX век. А.А. Фет/И. Сухих//Звезда.- 2006.- №4.- C.220-234

  17. Турчин, В.C. Усадьба как ключевой элемент градостроительной композиции/В.C. Турчин// Культура русской усадьбы: общие проблемы.- Москва : Аиро-XX, 1996.-89c.

  18. Фет А.А. Стихотворения./А.А. Фет.- Москва, 1956.-250c.

  19. Чернец, Л.В. О литературных друзьях А.А. Фета: к проблеме поэтического языка/Л.В. Чернец//Филологические науки.- 2008.- №1.-C.3-13

  20. Щукин, В.Г. Российский гений просвещения: исследования в области мифологии и истории идей/ В.Г. Щукин.- Москва: РОССПЭН, 2007.-607c.

.

 

Короткая счастливая жизнь Ильи Ильича Обломова | Автор: Элейн Блэр,

Стивен Паркер

Из недавнего американского издания Обломов ; фотография Стивена Паркера

Иван Гончаров работал над Обломова около десяти лет, с конца 1840-х годов до 1858 года, но у читателя остается впечатление, что герой родился ему в одном видении и что пять - Сотня с лишним страниц книги - это попытка новеллистической разработки того, что по сути является одной идеей: что, если бы человек был настолько ленив, что ничего не мог сделать? Аристократы в русской литературе до и после Обломов страдают тоской, тратой времени, отчаянием в поисках нравственной цели.Но, тем не менее, они беспомощно продолжают , делая вещей: пьянство, азартные игры, женитьбы, драки на дуэлях, присоединение к масонам. Не Обломов. Первую треть книги он тратит, валяясь по квартире в халате. Когда он наконец одевается, в начале второй части, это происходит только потому, что его лучший друг, Штольц, абсолютно настаивает на этом.

Обломов еще молод, ему за тридцать, и у него хорошее здоровье, но он ушел на пенсию много лет назад с государственной службы. Он живет в г.Петербург на доходы от его усадьбы. В течение многих лет он пытался написать письмо судебному приставу с планом реорганизации поместья, но ему так и не удалось вынести первое предложение, каждый раз терпя неудачу из-за вопросов грамматики. Он мог прочитать несколько страниц книги или газеты, но потом его мысли блуждали. Он редко гуляет в смешанной компании, хотя ужинает с холостяками - они одни не возражают, если он расстегнет брюки и вздремнет после обеда. В его пыльной квартире старая еда собирает мухи.Слуга Обломова, Захар, так же мало склонный к работе, как его хозяин, помогает Обломову поддерживать это убожество.

Почему Обломов так живет? С самого начала ясно, что он не просто ленив. «Для ленивого человека, - поясняет Гончаров, -« лежать »- это« удовольствие ». Для Обломова это «его нормальное состояние». Он избегает не только работы, но и стремления к большинству удовольствий, за исключением еды и сна. Он не играет в карты, пьет умеренно и не особо соблазняет («близость с женщинами влечет за собой большие неприятности»).Даже во сне он не человек действия. Фантазия Обломова о будущем (которую он вообразил в мельчайших деталях) - это череда тихих дней в его имении, в которых он и очаровательная, образованная жена «гуляют по бесконечной темной аллее, идя тихо, задумчиво, молча или размышляя». вслух, мечтаю, считая минуты счастья, как биение пульса, слушая, как бьется и опускается мое сердце ». Эта относительно скромная мечта, казалось бы, не недостижима для Обломова - в конце концов, имение у него уже есть.И все же ему не хватает стремления предпринимать какие-либо шаги для реализации своих желаний. Чтобы ухаживать за женщиной, например, требуется целый комплекс усилий, начиная с того, чтобы одеться, к которым он не привык.

Объясняя образ жизни Обломова, Гончаров указывает на множество направлений: его баловство; сонная, отсталая культура родной провинции; его естественная склонность мечтать и лгать; поверхностность и материализм его петербургских сверстников, которые отталкивают его и удерживают дома.Одна вещь, о которой Гончаров не упоминает, - это идея меланхолического темперамента, в которой мы часто обнаруживаем источник такой крайней пассивности. Он оценивает состояние Обломова как комическое: наш герой предпочитает краткосрочные удовольствия долгосрочным: он обменивает радости дружеского общества на удовольствие, которое не беспокоит надевать сапоги. Но в романе сильна грусть и даже ужас. Обломов тревожит, потому что он, кажется, существует в двух разных регистрах, как комическая фигура преувеличенной, самодовольной праздности, которая, тем не менее, регулярно выражает глубокую скорбь по поводу своего состояния: «Другие люди жили так полно и обширно, в то время как он чувствовал себя как если бы тяжелый камень остался на узком и жалком пути его существования.Он застенчив, чего не было бы ни в каком фарсовом персонаже или раблезианском гротеске.

Гончаров, сын богатого купца из Симбирска, провинциальной столицы на реке Волге, учился в Московском университете в начале 1830-х годов, а затем переехал в Санкт-Петербург, где проработал долгую карьеру государственного служащего. И в Москве, и в Петербурге он в основном находился на обочине великого литературного брожения своего поколения, хотя в 1840-х годах ходил в салон в квартире критика Виссариона Белинского и с Тургеневым завязал неприятную дружбу.Гончаров не любил толпы, многолюдные собрания или общественное внимание и был напуган славой, пришедшей с огромным успехом Обломов . С конца 1850-х годов до своей смерти в 1891 году он ушел от общественной жизни и проводил много времени в одиночестве в своей квартире.

В великолепной вступительной части романа Обломову снится сон, когда он спит на диване, сон, который превращается в своего рода семейную историю обломовской летаргии. Это типичный летний день его детства: все утро мама обсуждает с женской половиной дома обеденное меню; его отец сидит перед окном и выкрикивает советы проходящим крепостным.После плотной полуденной еды следует долгий сон. Семья никогда не восстанавливает утреннюю динамику: еда, прогулки и пустые мечтания заполняют остаток дня, пока все не ложатся спать, молясь: «Дай бог, завтра будет таким же!»

Единственный случай, который Обломов помнит, нарушивший вялые ритмы семейной жизни, - это получение письма, адресованного отцу. Письма почти не слышны, а при виде конверта

все они замерзли. Лицо хозяйки даже немного изменилось.Все глаза были нацелены и все носы были направлены на букву…. «Стой, не ломай печать, Илья Иваныч», - со слезами на глазах настаивала его жена. «Кто знает, что за письмо? Это может быть что-то ужасное, какая-то катастрофа ».

Отец Обломова соглашается запереть письмо неоткрытым, но его присутствие настолько беспокоит домочадцев, что никто не может перестать говорить об этом. После четырех дней невыносимого ожидания «они столпились вокруг [письма] и с трудом сломали печать». Оказывается, друг семьи просит рецепт пива.Все согласны, что на него нужно ответить сразу, но проходят недели, рецепт не может быть найден, ответ не написан, и в любом случае, когда они считают стоимость почтовой марки, кажется, лучше подождать. На письмо так и не ответят.

Обломов всегда думал, что станет патриархом имения по образцу своего отца. Но это первое поколение русской провинциальной знати, которое должно поступить в университет, поступить на государственную службу, жить в Петербурге и иметь амбиции или, по крайней мере, приобрести блеск космополитизма.Обломов раздражал необходимость учиться и работать. «Когда мне жить? Когда мне жить? » - спрашивал он себя. Но что такое жизнь - теряться в деятельности или наслаждаться тишиной и мирным созерцанием? Обломов, склоняющийся к последнему, очистил свой календарь от всех условных обязательств, чтобы найти время для «жизни», но обнаружил, что жизнь выскользнула из его рук.

При этом Обломов посмотрел, что делают его сверстники, и его это не впечатлило:

Вы входите в комнату и не можете достаточно полюбоваться, насколько симметрично сидят гости, как спокойно и задумчиво они сидят - за карточками.От этого никуда не деться, это прекрасная цель в жизни!

Социальная сатира Гончарова довольно мягкая (по сравнению, например, с зрелищными представлениями Гоголя о коррупции и глупости в «Ревизоре» и Мертвых душ ). Но он поднимает вопрос, не ошиблись ли сами люди, выносящие приговор Обломову. Пока Обломов лежит в своей мантии в начале книги, один друг за другим врываются в его квартиру.Первый посетитель - возбужденный молодой денди, задыхающийся от новостей. Его друг Миша получил повышение! К началу сезона ему сшили новое пальто для верховой езды! Сегодня он идет на балет! Он влюблен в одну из сестер Горюновых! После денди идут еще эмиссары - профессиональный бюрократ, писатель - с новостями из внешнего мира.

Каждый посетитель призывает Обломова провести с ним выходные в Екатерингофе, пригороде Петербурга с парком и увеселительным садом. Мы можем представить себе теневой роман к Обломов , в котором персонажи сходятся в буколической обстановке Екатерингофа, чтобы плести интриги, влюбляться или терять свои деньги, как это делают персонажи романов.Но наш настоящий герой отказывается идти, и после того, как каждый гость уходит, он с удивлением и жалостью качает головой. «Десять мест, где можно побывать за один день. Бедный человек!" Дело не только в том, что настоящие заботы его друзей кажутся Обломову тривиальными; дело в том, что он уклоняется от мысли о том, чтобы быть поглощенным чем-либо, будь то работа, общественная жизнь или даже литература. "Где здесь человек?" Обломов задается вопросом о занятиях своих друзей. «С какой целью он разделяется и разбегается?» Для Обломова быть поглощенным любой задачей - значит потерять что-то от себя; человек может сохранять свое полное достоинство только в покое.

Обломов интригует нас отчасти потому, что идея романа о бездействии кажется диковинкой для своей эпохи. Как Гончаров согнет романистическую условность, чтобы приспособиться к персонажу, который ненавидит покидать свою квартиру? Фактически, он подходит к идее сюжета с некоторой умной невинностью: он придумывает способ столкнуть Обломова с дивана ровно настолько, чтобы у получился сюжет. Обломов - это не та «книга ни о чем», о которой мечтал Флобер в те же годы, существующей исключительно благодаря силе своего стиля.Необходимость в виде выселения из квартиры вынуждает Обломова за дверь, и следует цепочка событий, в которых он переезжает из дома (дважды), ухаживает за двумя разными женщинами и его коварный друг чуть не выманивает у него свои доходы. . Этот период активности длится всего около года, со всех сторон обрамленный многолетним малым делом Обломова. Две ситуации, которые традиционно создают персонажа, - приезд юноши в столицу и женитьба - отодвинуты на край книги, а в центре ее - единственная серьезная попытка Обломова изменить его образ жизни.

На это недолгое усилие его вдохновили две фигуры. Первый - Штольц, его друг детства и его противоположность: амбициозный, интеллектуально любопытный и трудолюбивый. Ни один читатель Обломов никогда не влюблялся в добродетельного Штольца. Гончаров наделяет его большим моральным авторитетом: Штольц и Обломов постоянно спорят о бездействии Обломова, и, хотя Обломов какое-то время придерживается резкой критики петербургских крысиных бегов, Штольц заставляет его признать, что затворничество имеет не привело к полноценной жизни.Именно Штольц придумал знаменитый термин для обозначения состояния Обломова или, по крайней мере, его худших тенденций: Обломовщина , который Мариан Шварц в своем прекрасном новом переводе вернула на русский язык (в других изданиях он переводился как «обломовщина»). »Или« обломовит »).

Обломовщина - это весь синдром вялости и бесцельности, передаваемый от одного поколения Обломовых к другому. «Работа - это форма жизни, ее содержание, элемент и цель - по крайней мере, моя», - говорит Штольц.«Вы изгнали работу из своей жизни, и что из этого вышло?» Штольц призывает Обломова вернуться в родовое имение, взять на себя управление им и открыть деревенскую школу для своих крепостных. Но к этому моменту Гончаров настолько убедил нас в недисциплинированности Обломова, что идея сыграть с ним либерального русского помещика - вести бухгалтерию и обучать своих крестьян новейшим методам земледелия - кажется смехотворной.

Что касается самого Штольца, его собственная работа остается подозрительно расплывчатой.«Ему принадлежала часть компании, которая отправляла товары за границу, - пишет Гончаров. «Если им нужен был кто-то, кто бы написал черновик или воплотил новую идею в жизнь, они выбрали его». Штольц тащит Обломова «туда-сюда», пока тот занимается «делами». Кажется, что все, что делает Штольц, должно быть настолько утомительным, что Гончаров не в силах описать это. Штольц олицетворяет идею, которой мы инстинктивно дорожим, но которую трудно доказать: труд и усилия полезны сами по себе, даже при отсутствии благородной цели. У него есть потомок в лице Толстого Левина в «Анна Каренина » - после того, как день от времени провел с крестьянами косить рожь, Левин чувствует себя намного выше своего брата, который сохраняет свой благородный покой.

Обломов, конечно же, уклоняется от работы по любому поводу. Но Штольц знакомит его с молодой женщиной Ольгой, которая ставит перед собой задачу реформировать лень Обломова. Обломов влюбляется. Они с Ольгой проводят волшебное лето, гуляя по территории загородного дома ее семьи. Под ее влиянием Обломов перестает дремать и читает улучшающие книги. Они соглашаются жениться.

Но когда они осенью возвращаются в город, Обломов начинает сомневаться. Он снял комфортабельную комнату в пригородной части города, называемой Выборгской стороной, и ненавидит думать обо всех новых обязанностях, которые принесет брак: ему понадобится новая квартира, ему придется следить за своими деньгами, он вместе с Ольгой придется ходить на светские мероприятия.Оказывается, свадьба - это не только «поэтический», но «практический, официальный шаг к серьезной деятельности и многим строгим обязательствам».

Заглядывая в будущее без сна, Обломов возражает. Он находит много оправданий, чтобы не навестить Ольгу в городе, который удобно отделен от Выборга водоемом и мостами, которые закрываются в плохую погоду. В конце концов, Ольге, более молодой, но гораздо более проницательной и практичной, остается противостоять ему и отказаться от их планов: «С каждым днем ​​ты погружаешься в более глубокий и глубокий сон», - говорит она ему, в то время как сама она «никогда не вырастет. старые и никогда не устают от жизни.Обломов с сожалением признает, что это правда. Они соглашаются расстаться (позже она выходит замуж за Штольц). Читатель испытывает облегчение от того, что неловкая претензия на возможное обращение Обломова была опровергнута. Гончаров, возможно, и не пишет против романистической условности, но он создал персонажа, который сопротивляется новеллизации: Обломов всегда один и тот же, какие бы трансформирующие ситуации ни приготовил для него Гончаров.

Что примечательно в судьбе Обломова, так это то, насколько он близок, не прилагая особых усилий, к осуществлению своей мечты об абсолютном безмятежности.После потери Ольги он обращает взор на вдову, которая держит его квартиру, Агафью Матвеевну, на удивление умелую хозяйку, которая делает вкусные пирожные. Гончаров любит метонимически опознавать Агафью по ее голым рукам и особенно по локтям, всегда в движении, когда она суетится по кухне и двору. Обломов восхищается этими трудолюбивыми локтями; Агафья с радостью присоединился к своей работе так, как никогда не сможет:

С каждым днем ​​он становился все дружелюбнее и дружелюбнее со своей квартирной хозяйкой.Идея любви ему никогда не приходила в голову, по крайней мере, той любви, которую он недавно пережил, как оспа, корь или лихорадка. Он содрогнулся при воспоминании о нем.

Вместо любви Обломов находит легкость. Агафья Матевьевна ничего от него не требует, она рада, чтобы ему было комфортно в своем доме, и считает правильным, чтобы джентльмен (в отличие от человека городского среднего класса вроде нее) весь день валялся без дела. Гончаров подчеркивает, что она увеличена и удовлетворена их общением, в то время как Обломов просто удовлетворен.Хотя никто не назвал бы его серьезным мыслителем, между ним и Агафьей, нелюбопытной и более или менее неграмотной, существует большой разрыв в образовании и опыте: «На любой вопрос, не касавшийся какой-то известной ей позитивной цели, она отвечала. с усмешкой и тишиной ».

Это не душераздирающий роман, но он превращается в брак. Штольц заходит к Обломову через несколько лет после того, как он переехал к Агафье, и потрясен, обнаружив, что у пары есть трехлетний сын. Типичным образом Обломов пассивно перешел в гражданский брак.В целом его нетребовательная жизнь с Агафьей Матвеевной, казалось бы, для него не хуже. Брак с ним согласен. Он без ума от своего сына и двух других детей Агафьи от первого брака. И, к удобству для всех, Штольц взял на себя управление семейным имуществом Обломова и обеспечил Обломову комфортный доход на всю оставшуюся жизнь. Ему больше не нужно думать ни о каких из своих текущих желаний, и он спокойно отбрасывает любые более важные вопросы о том, что ему делать со своей жизнью:

Вглядываясь в свою повседневную жизнь и много размышляя о ней, по мере того, как он все больше и больше к ней привыкал, он, наконец, решил, что ему не нужно никуда идти или искать что-то еще, что его жизненный идеал осуществился, хотя и без поэзии. ….

Через несколько лет после поселения в доме Агафьи у него случился изнурительный инсульт, а еще через год - смертельный. Его врач винит его бездеятельность и тяжелые обеды, как и Гончаров: «Его постоянный отдых, вечное молчание и ленивое ползание из одного дня в другой тихо остановили машину его жизни».

В целом он, кажется, вырвал у жизни больше, чем можно было ожидать. Там, где Бартлби, точный современник Обломова, фактически морит себя голодом, Обломов находит способ ничего не делать и при этом кормиться.Герою нужен лишь мягкий формальный упрек со стороны автора («он дешево отделался при жизни и нажился на этом»), и мы можем радоваться его удаче.

Но Гончаров не дает отдыхать Обломову, хотя и связывает за него все свободные концы. Подобно тому, как Обломов все время находился между комедией и ужасом, он подвергается двум различным суждениям со стороны своего автора. Является ли он просто непослушным из-за того, что ему сошла с рук праздность, или, как предполагает Гончаров, он ел и спал до смерти, демонстрируя волю к самоотрицанию, аналогичную, а не противоположную воле Бартлби? «Он тихо и постепенно влез в простой и широкий гроб остатка своего существования, - пишет Гончаров, - гроб, сделанный своими руками, как старейшины в пустыне, которые, отвернувшись от жизни, роют себе могилу. .«Можно ли сказать, что о человеке, который только что обзавелся женой, сыном и веселым домом,« отвернулся от жизни »? Да, настаивает Гончаров, потому что жизнь - это борьба, а Обломову еще ни за что не бороться.

Это кажется досадным выводом, поскольку он исключает как изменения в жизни Обломова, так и проблему, которая косвенно сдерживала его все это время: наши усилия часто оказываются напрасными, а их награды, если таковые имеются, часто разочаровывают. . В этом двусмысленном, раздвоенном финале Гончаров, кажется, сразу признает и отворачивается от самого мрачного смысла созданного им персонажа - что совершенно разумно не видеть смысла в борьбе.

Обломов Иван Гончаров

Мне нужно будет рассмотреть Обломов на двух уровнях. Сначала по достоинству как роман; а затем как книга, которая подействовала на меня на сугубо личном уровне.

В первую очередь, как роман, Обломов - это успех. Исключительно за его достоинства, я бы без сожаления поставил ему три звезды и рекомендовал бы его всем своим друзьям GoodReads. Иван Гончаров делит свой сонный эпос на четыре части. Часть первая, в которой наш герой Илья Ильич едва успевает встать с постели, является наиболее осознанно юмористической и сатирической.Большая часть дня Обломова занята размышлениями о том, что ему следует делать (что наиболее критично, написанием этого письма судебному приставу о реорганизации его имений *) и приветствием различных знакомых, которые заходят и пытаются убедить его выйти на светское мероприятие в Екатеринбург. Мы также встречаемся с Захаром, преданным слугой Обломова, который с ним с детства. Их отношения напоминают отношения между Артуром и Хобсоном в фильме «Артур» или между Брюсом Уэйном и Альфредом из знаменитого «Бэтмена».Если бы это были усилия Гончарова, Обломова запомнили бы только в пыльных залах кафедр русского лита как приятное развлечение. Но Гончаров выходит за рамки социальной сатиры и исследует, что значит жить в последующих главах через жизнь трагически испорченного Обломова.

Части II и III рассказывают о неудавшейся любви Ильи Ильича и Ольги Сергеевны и знакомят нас с ближайшим другом Обломова - Штольцем, человеком, который воплощает в себе всю энергию и интерес к жизни, которых не хватает Илье Ильичу.Сравните:

«В то время он был еще молод, и если его нельзя было назвать живым, то, по крайней мере, он был живее, чем сейчас. Он все еще был полон всевозможных стремлений, все еще надеялся на вещи, все еще ожидал многого от судьбы и самого себя; он все еще готовился к арене, роли….

Дни сменяли другие дни, однако годы заняли место других лет, его пушок превратился в жесткую бороду, тусклые точки заняли место света в его глазах, его талия округлилась, его волосы начали беспощадно выпадать, ему исполнилось тридцать , и он не продвинулся ни на одну ступеньку ни на одной арене и все еще стоял на пороге своей арены….

Казалось, что его роль в обществе складывалась лучше.

В первые годы пребывания в Петербурге, в ранние, юношеские годы, спокойные черты его лица оживлялись все чаще. Его глаза дольше излучали огонь жизни и излучали лучи света, надежды и силы. Он, как и все, волновался, надеялся, радовался мелочам, переживал по мелочам.

Но все это было давно, в тот нежный период, когда мужчина принимает в любом другом мужчине искреннего друга, влюбляется и готов предложить руку и сердце почти любой женщине - то, что действительно сделали другие, часто к их большому сожалению после этого и на всю оставшуюся жизнь.

В эти блаженные дни Илья Ильич знал свою долю мягких, бархатных, даже страстных взглядов из толпы красавиц, массу многообещающих улыбок, двух-трех незаслуженных поцелуев и еще более дружеских рукопожатий, от которых у него на глазах стояли слезы.

На самом деле, он никогда не позволял красавицам захватить себя, и никогда не был их рабом или даже очень усердным поклонником, хотя бы потому, что близость с женщинами влечет за собой большие неприятности. Обломов имел обыкновение ограничиваться луком издалека, на почтительном расстоянии.(Стр. 58 и 61)

И Штольц:

«Штольц был ровесником Обломову; ему тоже было за тридцать. Он служил, ушел на пенсию, занялся своими делами и фактически заработал себе дом и деньги. Он владел частью компании, которая отправляла товары за границу.

Он постоянно был в движении. Если компании нужно было отправить агента в Бельгию или Англию, они отправляли его. Если им нужен был кто-то, чтобы написать черновик или воплотить новую идею в жизнь, они выбирали его. Тем временем он одновременно пошел в общество и читал, но когда он нашел для этого время, одному Богу было известно.

Он состоял из костей, мускулов и нервов, как у чистокровной английской лошади. Он был довольно изможденным, и у него почти не было щек. То есть у него были кости и мускулы, но не было признаков мягкой округлости. Лицо у него было ровное и довольно смуглое, без розового, а глаза выразительные, хоть и немного зеленые.

Не делал лишних движений. Если он сидел, он сидел тихо; если он действительно действовал, он использовал столько жестов, сколько необходимо.

Подобно тому, как его организм не нес ничего лишнего, так и в моральных аспектах своей жизни он искал баланс между практическими и более тонкими требованиями духа.Эти два аспекта развивались параллельно, пересекаясь и переплетаясь по ходу дела, но никогда не запутывались в сложные, неразрешимые узлы…

Он наслаждался восторгом, как цветок, сорванный по дороге, пока тот не засох в его руках, никогда не пил до последней капли горечи, лежащей в основе любого удовольствия.

Простой, или, скорее, прямой и достоверный взгляд на жизнь - это была его неизменная цель, и по мере того, как он постепенно работал над ее достижением, он понимал, насколько это сложно, и внутренне гордился и счастлив, когда ему приходилось замечать поворот. на этом маршруте и сделайте шаг вперёд.(Стр. 174–175)

Ольга - молодая женщина со знаком Штольца, и он призывает ее вытащить Илью Ильича из его раковины, пока Штольц находится за границей. Внимание Ольги работает слишком хорошо. Они с Обломовым влюбляются и даже планируют свадьбу. Проблемы, однако, возникают по мере того, как леность и страхи Обломова усиливаются над его искренними чувствами к Ольге; и Ольга начинает сомневаться в мудрости их отношений (а ее чувства такие же искренние, как у Ильи). Когда они возвращаются в Санкт-Петербург, и Ольга снова попадает в круговорот своих друзей, они с Обломовым расходятся, и в мучительной сцене они расходятся:

«Почему все это умерло?» - внезапно спросила она. , глядя вверх.«Кто тебя проклял, Илья? Что ты сделал? Ты такой хороший, умный, добрый и благородный ... и ... ты умираешь! Что тебя погубило? У этого зла нет названия ».

« Да, есть, - сказал он еле слышно.

Она посмотрела на него глазами, полными вопросов и слез.

«Обломовщина!» - прошептал он, затем взял ее руку и хотел поцеловать, но не смог, поэтому крепко прижал ее к губам, и его горячие слезы упали ей на пальцы. Не поднимая глаз и не показывая ей своего лица, он повернулся и ушел.»(Стр. 407)

Часть IV вводит определенную драматичность, когда Обломов переезжает в новую квартиру и его обманывают другой знакомый, Тарантьев, и брат его домовладелицы. Его положение и состояние можно искупить только благодаря своевременному возвращению Штольца, который быстро исправляет дела Ильи Ильича.

Эту нехарактерную для Обломова драму уравновешивает хозяйка Агафья Матвеевна. Она вдова, которая быстро становится центром жизни Обломова. Она организовывает его домашнее хозяйство, обслуживает его так, как Ольга была неспособна, и сумела реализовать (насколько это возможно) идеал жизни Ильи и жены:

«Ну, я бы встал утром. - начал Обломов, закидывая руки за голову, и выражение безмятежности промелькнуло на его лице.По его мнению, он уже был в деревне. «Погода прекрасная, небо настолько голубое, насколько это возможно, ни облачка в небе», - сказал он. «В моем плане одна сторона дома имеет балкон, выходящий на восток, в сторону сада и полей; другой смотрит на деревню. Пока я жду, пока жена проснется, я накидываю халат и гуляю по саду, чтобы вдохнуть утренние пары. Там я нахожу садовника, и мы вместе поливаем цветы и подрезаем кусты и деревья. Делаю букет для жены.Затем я иду в ванну или в реку, чтобы искупаться, и, когда я возвращаюсь, балкон открыт, и моя жена там в халате и легкой кепке, которая выглядит так, как будто она едва держится, как будто она вот-вот слететь с ее головы. Она меня ждет. «Ваш чай готов, - говорит она. Какой поцелуй! Какой чай! Какой удобный стул! Я сажусь за стол, а на нем печенье, кремы и свежее масло ».

« После этого? »

« После этого я надел просторное пальто или куртку, обнял жену за талию, и мы с ней прогуливаемся по бесконечной темной аллее, идя тихо, задумчиво, молча или думая вслух, мечтая, считая мои минуты счастья, как биение пульса, прислушиваясь к биению и падению моего сердца, ища сочувствия в природа, и прежде чем мы это узнаем, мы выходим на ручей и поле.Река немного плещется, колосья колышутся на ветру, жарко. Мы садимся в лодку, и моя жена направляет нас, едва поднимая весло »…

Его отношение к ней было намного проще. Для него Агафья Матвеевна - ее локти в постоянном движении, ее взгляд на все с заботой, ее постоянные переходы из буфета на кухню, из кухни в кладовую, а оттуда в подвал, ее всезнание во всем домашнем и всем остальном. домашний уют, олицетворяющий идеал той нерушимо спокойной жизни, необъятной, как океан, картина которой неизгладимо запечатлелась в его душе в детстве, под отцовской крышей.(Стр. 192–193 и 422)

Что делает Обломова человеком, что отличает его от обычных паразитов российской элиты, так это благородство и мягкость его духа. Он спонтанно добрый и самоотверженный. Трагедия Обломова - это фатальный недостаток Ильи - его ахиллесова пята - глубокая тоска, которая устраняет многое из того добра, на которое он способен и что его друзья признают в нем.

Я не знаю русского, но это живой и интересный перевод, который (насколько я понял из профессиональных обзоров) успешно передает язык и намерения Гончарова.Я рекомендую это всем, особенно тем, кто интересуется забытой классикой русской литературы.

Причина, по которой эта книга заслуживает четыре звезды в моей виртуальной библиотеке, заключается в ее личном значении. Редко какая-то конкретная книга меня трогает или находит отклик. Чаще всего это медленное накопление идей и чтение, которые при размышлении выявляют образец влияния. Те авторы, которые «взорвали мне голову», начинали - вполне уместно - с русского: Федора Достоевского, которого я начал читать в 11-м классе.Затем я познакомился с У. Сомерсетом Моэмом, которого мне представил друг, который сделал прямое замечание, что я напомнил ему Ларри из The Razor’s Edge . Я проглотил Of Human Bondage во время поездки на поезде в Сиэтл. Вскоре после этого я познакомился с Джозефом Конрадом и Уильямом Сарояном. В моей жизни после GR были Бодлер, Айви Комптон Бернетт, Сильвия Таунсенд и Т.Ф. Поуис и другие. Общим знаменателем является то, что все эти авторы писали о людях или точках зрения, с которыми я полностью отождествлялся.

Обломов пополнил ряды. Хотя жизнь, мечты и философия Ильи Ильича не совпадают с жизнью Терентия Ефимовича, они имеют неприятно близкое сходство. Части II и III было особенно болезненно читать, потому что они так близко отражали мой первый брак **. Я не могу утверждать, что теперь разрешил парадоксы в моей жизни, и моя «Ольга» провалилась так же эффектно, как и Илья. Как и Обломов, я могу уважать, восхищаться и иногда завидовать жизни Штольцев в моей жизни, но (как и Обломов) я не могу понять «почему» этих жизней. Обломов заставляет меня пересмотреть свою жизнь.

* К вашему сведению, Обломов был написан до 1861 года. Илья Ильич - владелец 300 крепостных крестьян и большого имения где-то к востоку от Санкт-Петербурга, труд и доходы которого поддерживают его праздность.

** Любой достаточно любопытный может сам прочитать перечисленные части Обломова и сделать собственные выводы о моем грязном прошлом 🙂

Kindle edition от Гончарова, Ивана, Хогарта, К. Дж. Литература и художественная литература Kindle eBooks @ Amazon.com.

Русский писатель, чьи работы в стиле реализма приобрели большую популярность. Он комментировал и критиковал дворянство и их отношение. В то же время его работа показала значительные признаки его веры в расовое превосходство. --Этот текст относится к альтернативному изданию kindle_edition. Русская художественная литература XIX века - одно из бесспорных достижений мировой литературы. Преступление и наказание, Война и мир, Отцы и дети - кто не знает хотя бы по названию этих шедевров Достоевского, Толстого и Тургенева? Может быть, к этому списку можно добавить «Мертвые души» Гоголя или даже «Герой нашего времени» Лермонтова.Но предположим, что нужно упомянуть «Сказки Белкина», «Леди Макбет Мценского уезда» или «Семья Головлевых». Сколько людей узнают эти столь же прекрасные книги Пушкина, Лескова и Салтыкова-Щедрина?

К этой же элитной категории слишком малоизвестных относится «Обломов» (1859), один из самых популярных русских романов и, безусловно, самый обаятельный и восхитительный из всех только что упомянутых произведений. На его страницах рассказывается история человека, который в глубине души никогда не хочет вставать с постели, и который на протяжении всей своей жизни остается таким же бесхитростным и добрым, как славянская версия Форреста Гампа.В предисловии к прекрасному новому переводу Стивена Перла Татьяна Толстая предполагает, что на основании одного только этого романа его автор, Иван Гончаров (1812–1891), может быть «истинным национальным писателем России». Это может быть преувеличено, но даже Чехов - который на самом деле является национальным писателем России (во всяком случае, на мой взгляд) - действительно утверждал, что Гончаров «на 10 голов выше меня по талантам».

Толстая утверждает, что «в характере Обломова есть что-то глубоко русское, что находит отклик в каждом русском сердце.Это нечто заключается в соблазнительной привлекательности лени и добродушного безделья, в золотом сохранении безмятежного безмятежного детства, когда все любят друг друга и когда жизнь с ее тревогами и требованиями еще не за горами. Его можно найти в тактичности и деликатности «живи и дай жить другим», в выборе пути наименьшего сопротивления, в неуверенности и отвращении к суете и беспокойству любого рода ».

По сути, Илья Ильич Обломов предпочитает мечтать на самом деле делать что-нибудь.Такая очаровательная праздность явно не по-американски, она резко контрастирует с взбалтыванием близкого друга Обломова Андрея Штольца. Зато Штольц наполовину немец, что, очевидно, объясняет его практичность, оперативность и серьезный подход ко всему, от бизнеса до романтики. Если бы Теодор Драйзер писал эту книгу, Штольц был бы героем.

Роман начинается с того, что Обломов - около 30 лет, несколько пухлый и определенно не в форме - лежит на диване в старом халате.Следующие 100 страниц он в значительной степени остается там, где он есть, когда несколько друзей заходят поздороваться, приглашают его или пытаются выклянчить немного денег. На самом деле деньги сейчас представляют собой небольшую проблему, поскольку наш герой-рантье полагается на свое имение, чтобы оплачивать свои расходы в Санкт-Петербурге. Но судебный пристав написал много неприятных новостей. Засуха испортила урожай, крестьяне начали разбегаться, старый особняк рушится. Это явно ведет к серьезному кризису, и Обломов оказывается «перед мрачной перспективой думать о том, как что-то с этим делать."Несмотря на здравый совет Штольца, что-то не включает в себя на самом деле пойти домой, чтобы самому проверить все. Намного легче забыть на время о письме, и, возможно, все будет хорошо.

Кроме того, есть гораздо хуже на ближайшем горизонте: домовладелец Обломова планирует отремонтировать многоквартирный дом и хочет, чтобы его беспомощный арендатор сразу же съехал. Переезжайте! Кому может грозить такая грандиозная перспектива? По крайней мере, не сейчас, когда пора немного вздремнуть.

" «Сон Обломова» составляет всю девятую главу и фактически был напечатан сам (в журнале) задолго до выхода романа.Само по себе это воспоминание о прошлом предлагает 37 самых замечательных страниц, которые вы когда-либо читали. Воспоминания Обломова о сонных летних днях и уютных зимних ночах его детства переносят нас в райский рай «безмятежного и безмятежного спокойствия», в мир, где на самом деле никто ничего не делает. После плотного обеда почти все живые существа засыпают до самого вечера, как если бы фея провела по поместью волшебной палочкой. Люди дремлют десятилетиями. Чувствуя себя необычайно энергичной, мать Обломова могла провести три часа с портным, обсуждая, как сделать из стеганой куртки мужа пальто для ее маленького мальчика.

В Обломовке даже письмо от старого друга, который хочет рецепт семейного домашнего пива, требует слишком много усилий, чтобы ответить. Но долгими зимними вечерами люди будут смеяться и смеяться, вспоминая - это уж слишком забавно - как сани Луки Савича развалились, когда он спускался с холма. А что было в тот день, когда коровы и козы прорвались через забор и съели все кусты смородины? О, это было время! В отличие от дома детства Обломова, сонный, залитый солнцем замок Бландингс у П.Дж. Вудхаус - настоящий улей промышленности. «Жителям Обломовки было трудно поверить в болезненные эмоции ... подавляющие эмоции - это то, чего они избегали, как чумы».

Неудивительно, что взрослый Обломов унаследовал склонность расслабляться и плыть по течению - он называет это обломовщиной - когда внезапно весь его период полураспада переворачивается: Штольц выталкивает его в мир, и там однажды вечером он встречает Ольгу. А точнее Ольга! Ольга!! Любовь побуждает нашего героя купить новую одежду, почитать газеты, пойти в театр и написать письмо своему судебному приставу.Рассказ Гончарова (довольно длинный) о том, как любовь проникает в сердца двух невинных людей, воссоздает почти до смущения верный в памяти курс юношеского увлечения. Долгие прогулки по саду, небольшие ссоры, макияжный поцелуй. Ах, первая любовь!

Одна особенная вечерняя прогулка, однако, звучит более чем подозрительно. Летняя жара приближается к грозе, и Ольге в доме душно. Даже на улице она не может дышать, ее сердце колотится, она дрожит, грудь вздымается, она вздыхает все быстрее и быстрее для облегчения, слабо говорит, чувствует что-то вроде жжения в груди, затем вздрагивает и судорожно сжимает руку Обломова, прежде чем наконец лопнуть в неконтролируемые слезы.После этого она неуверенно идет домой, чувствуя себя слабой, «со странной бессознательной мечтательной улыбкой на лице». Как это прошло через российскую цензуру? Но, что еще важнее, может ли какая-нибудь грандиозная любовь, какой бы грандиозной она ни была, сокрушить мощь обломовщины?

Впереди немало сюрпризов в тихой юмористической, трогательной и заставляющей задуматься книге Гончарова. Как, например, окончательно судить Обломова? Он аристократический паразит, юродивый или своего рода буддийский святой? Академические читатели заметят умение управлять временем в том, как роман замедляется и ускоряется.Но кто угодно будет восхищаться тем, как Гончаров оживляет второстепенных персонажей, особенно угрюмого, но фанатично преданного слугу Обломова Захар, его бычью квартирную хозяйку Агафью Матвеевну (чьи локти очаровывают ее арендатора) и его предполагаемого друга, бессовестного негодяя Тарантьева. Неудивительно, что Толстой объявил себя «в восторге от Обломова» и возвращался к нему снова и снова. Критик XIX века Виссарион Белинский однажды сказал, что читать восхищенное первое художественное произведение Гончарова - «Общую историю» - было «все равно, что есть прохладный арбуз в жаркий летний день».«(Этот роман звучит как еще одна работа для Стивена Перла.) Обломов даже лучше, хотя вы, вероятно, не захотите есть арбуз в постели, что является очевидным местом, чтобы насладиться этой великолепной книгой.

Copyright 2006, The Washington Сообщение. Все права защищены. --Этот текст относится к альтернативному изданию kindle_edition.

Роберт Готлиб о забытой русской классике ‹Литературный центр

Одно из преимуществ старения - и, хотите верьте, хотите нет, но есть и другие, - это то, что вы можете перечитывать (а иногда и перечитывать) книги, которые вы сначала знал 60 или более лет назад.

Некоторые писатели всегда с нами - Джейн Остин, например, для таких, как я; к некоторым книгам мы можем возвращаться каждые десять или два года: Война и мир , Анна Каренина , Идиот - новый перевод, которым мы восхищаемся, может вдохновить нас; Миддлмарч , Моби-Дик , Пруст. Но другие замечательные работы выпадают из поля зрения, если не из памяти.

Совсем недавно, после полудюжины лет обдумывания этой идеи, я вернулся к одному из самых известных из всех русских романов, «Обломову » Ивана Гончарова, книге, которую слишком многие западные читатели, если они знают о ней в все это можно представить себе как роман о человеке, который никогда не встает с постели.Они правы в одном смысле: это центральная фигура Ильи Ильича Обломова, который более 150 лет снабжал Россию словом, обозначающим явно фундаментальное качество российской идентичности: обломовщина . В этом и есть состояние, как у Обломова, - человека из помещиков, который настолько лишен силы воли и цели, что просто ничего не делает.

Хотя он действительно встает с постели - вроде того. Его крепостной слуга Захар, один из главных комических персонажей литературы, помогает ему надеть чулки и сапоги и удовлетворяет его основные потребности, но он такой же ленивый, как и его хозяин.И все же Захар по-крестьянски проницателен, а Обломов - полная противоположность проницательности: он возвышенный невинный, совершенно без лукавства и без защиты от хищных людей, которые его окружают. Он далеко не глуп, он образован, его внешность привлекательна, его поместье (которое он никогда не посещает) дает ему достаточно, чтобы жить, хотя его грабят вслепую. Ему просто не хватает энергии, а его безмятежный добрый характер защищает его от подозрений, обид или амбиций. Другими словами, он безнадежный случай - и прекрасная душа.

«Одно из преимуществ старения - и, хотите верьте, хотите нет, но есть и другие - это то, что вы можете перечитывать (а иногда и перечитывать) книги, которые вы впервые узнали 60 или более лет назад».

Его лучший друг Штольц - его полная противоположность - динамичный, неутомимый, неутомимый. (Ну, конечно: он наполовину немец.) В то время как Обломов почти никогда не отходит от своей кровати, дивана и халата, Штольц то и дело носится по стране, по Европе в вихре продуктивной деятельности. возвращаясь домой в Св.Петербурга, чтобы подтолкнуть и подтолкнуть своего друга к делу. . . что-то. Что-нибудь. Пойдите в свое поместье и почините его; поезжай со мной в Европу; вернуться в общество. Обломов повиновался бы, если бы только мог, но он не может: Да, конечно, ты прав, Штольц, но не сейчас.

И вот через своего друга он встречает женщину, возбуждающую его пыл: красивую, умную, задушевную Ольгу. Может ли она действительно любить его в ответ? Неужели она выйдет за него замуж? Это - это правда, и он светится счастьем.За исключением того, что он размышляет, колеблется, откладывает, откладывает. А Ольга - молодая женщина, влюбленная в жизнь, со страстью видеть, делать, искать. Пока не стало слишком поздно, она отступает, мучительная, но с ясным умом, и в конце концов находит в самом Штольце человека, с которым может провести свою жизнь. Хотя даже в своем счастье с ним она ставит под сомнение свою цель, почти предаваясь коварной (русской?) Меланхолии, от которой ему решительно удается ее спасти.

В то время как в европейском романе XIX века почти доминируют женщины, играющие с прелюбодеянием или подчиняющиеся ему, Ольга - женщина, играющая в отчаянии.О чем жизнь? Для чего это? Как это прожить? Она не политична - она ​​не собирается становиться анархистом, бросающим бомбы. Она не обладает интеллектуальным или художественным движением - скажем, Жорж Санд. Она противоположность амбициозной социальной жизни. Она может быть первой женщиной в художественной литературе, которая оказалась в тисках того, что мы бы назвали экзистенциальным кризисом. Вторая важная нить Обломов - это отчаянная, болезненная эволюция, которую она заставляет себя испытать, в отличие от сопротивления героя всей эволюции - точнее, всем действиям.

В своем семейном счастье Штольц и Ольга вместе ведут напряженную, продуктивную жизнь, почти забывая о своем большом друге. Штольц спас Обломова от грабящих его хищников, но проходят годы, а между ними нет контакта - Штольц так занят, Обломов так ленив. Но в конце концов муж и жена едут в Санкт-Петербург, чтобы вернуть Обломова в свою жизнь. И найти его именно там, где они его оставили, удобно устроившегося в своей старой квартире и более или менее женатого на любящей и почтительной хозяйке, чьи сексуальные обнаженные локти и изысканная кухня обеспечивают ему все, что он хочет и в чем нуждается в жизни.Он заново открыл для себя безопасный и нетребовательный мир своего детства, в котором он принимает как должное все, что для него безоговорочно делается; он воссоздал мир обломовщины.

«Есть такая сторона меня, которая, к счастью, никогда не могла встать с постели, учитывая стопку книг и хорошую лампу для чтения: я Обломов».

По крайней мере, ему удалось стать отцом маленького мальчика, названного в честь Штольца, которого Штольц уносит, чтобы он и Ольга вырастили и, предположительно, наделили их собственной жизненной силой.И все же, как бы они ни сожалели об отсутствии у Обломова жизненных сил и выносливости, Штольцы никогда не перестают чтить его «чистое, чистое сердце». У него, по словам Штольца, «прозрачная, неподкупная душа». Русская душа.

Я должен быть русским. У меня есть сторона, которая с радостью никогда не сможет встать с постели, учитывая стопку книг и хорошую лампу для чтения: я Обломов. Но есть сторона, которая не может жить без работы, без чего-то, что нужно сделать: я Штольц. Откуда Гончаров в 1859 году меня так хорошо знал?

С самого начала Обломов признан шедевром.«Гончаров на десять голов выше меня по талантам, - сказал Чехов. «Я в восторге от Обломова и продолжаю его перечитывать», - сказал Толстой. Достоевский поставил ему «Мертвых душ», и «Война и мир». С кем мы не согласны?

__________________________________

Из предсмертных переживаний. . . И другие. Используется с разрешения Фаррара, Штрауса и Жиру. Авторские права © 2018 Роберт Готтлиб.

© ПСИХОМЕДИА - ЖУРНАЛ ЕВРОПЕЙСКОГО ПСИХОАНАЛИЗА - - Психоанализ и философия Серхио Бенвенуто и Кристиана Чимино


Избранных мало, мы счастливые бездельники,
Кого не волнует ничтожная полезность...

A.S. Пушкин, «Моцарт и Сальери» (1)

Краткое содержание:
Эссе исследует феномен лени по тексту известного русского романа «Обломов», написанного Иваном Гончаровым в середине 19 века, когда еще был феодализм. быть вытесненным капитализмом. Лень стала формой бездействия Обломова - мечтаний, мечтаний, созерцания - сопротивления новому порядку капитализации времени, в том числе будущему информационному обществу СМИ. Согласно идеям одного конкретного шизофреника, псевдоним Ленина указывал на принципиальное место лени (по-русски «лен») в коммунистическом проекте, хотя сам Ленин считал феномены Обломова принципиальным препятствием на пути реализации своего проекта.

Ключевые слова: Лень - «обломовщина» - Прибыль - Труд - Шанс («авось»)

Счастливы бездельники, которые могут позволить себе презирать полезность, полезность и прибыль (2). Их лень дает им возможность игнорировать презренную полезность. Искусство может быть бесполезным. Искусство санкционирует жизнь счастливого бездельника. Лень открывает возможность для праздного течения времени, для простоя часов. Другие времена лени: время сновидений, время погружения в размышления, время созерцания, время грез наяву, галлюцинации, время депрессии.
Лень лучше всего описывается как культурный феномен - или, по крайней мере, феномен русской культуры - в классическом романе Ивана Гончарова «Обломов». Кстати, в 1907 году известный анархист Петр Кропоткин писал, что Обломова можно найти в любом уголке мира. Роман «Обломов» был опубликован в 1859 году. Гончаров писал его медленно, мучительно, в течение одиннадцати лет. Его герой стал образцом инкультурированной лени.

I. ОНЕЙРОДРОМ (3): РОЖДЕНИЕ ЛЮБИТЕЛЯ

В России «Обломов» стал широко распространенным прозвищем, обозначающим неисправимую лень.(4) И все же бездельник, ленивец не живет в России и не живет за границей. Вместо этого он живет на Обломовщине, в Стране обломовщины. Бездельник не может покинуть эту страну, даже если он знает, что он там живет, даже если ему снится ее название - Обломовщина - «ночью, написанное на стенах огненными буквами, как на пиру Валтасара». (187) (5) Но как попасть в эту страну лени?
Как Обломов стал Обломовым?
Чтобы ответить на этот вопрос, Гончаров обращается к детству героя, пытаясь объяснить его становление-Обломов.Потому что «ни одна деталь не ускользнула от пристального внимания ребенка: картина его семейной жизни неизгладимо отпечатывалась в его памяти; его податливый ум питался на примерах перед ним, бессознательно планируя свою собственную жизнь по образцу жизни вокруг него. . " (104) Программа «лени» прокладывает и прокладывает свой путь, прописывая будущее.
Описав петербургскую рутину Обломова, Гончаров погружает своего героя в сон, который «останавливает [] медленный и ленивый поток его мыслей и мгновенно переносит [] его в другое время, в других людей, в другие места."(93) Эта глава - единственная часть книги, у которой есть название помимо числа (IX). Это название -" СОН ОБЛОМОВА ". Жизнь монотонно заявляет о себе через числа, но сны заявляют о себе на словах. сон, который прерывает «медленный и ленивый поток мыслей», который «мгновенно» переносит сновидца в другие места и времена. Это сон, пробуждающий его от неизменности и однообразия, от повторения того, что всегда одно и то же. Любовь к сон одновременно характеризует бездельника и выводит его из страны лени.Как снится герой, читатель попадает в детство героя, в его личную историю и историю его общества, не торопясь, неторопливо переходя от феодализма к капитализму. Этот сон бессознательно переносит свою жизненную программу на жизнь своего окружения. Как сны, как детство, лень противоречит принципу реальности. Лень рождается в детстве.
Онейродинамика опыта не только уносит героя и читателя через пейзаж детства; они тоже время от времени замирают: во сне Обломова засыпает вся деревня Обломовка.Сон останавливает любую попытку действия. Сон - самый эффективный способ противостоять суматохе раннего капитализма: спать, быть может, помечтать ... Сны - «родина» Обломова.
Сон Обломова состоит из двух частей. Первая часть демонстрирует совершенство детской лени по закону. Обломову семь лет. Вторая часть уже содержит некую озабоченность принципами реальности. На данный момент Обломову уже 14.
Сон начинается с панорамного описания пейзажей и природы.Здесь все обещает «спокойную, долгую жизнь, пока волосы не превратятся из белых в желтые, и смерть не придет незамеченной, как сон». (95) Сонная жизнь до самой смерти, жизнь, которой нечего бояться, потому что ее просто не существует, потому что она всегда уже «позади нас». Умереть, уснуть. Нет времени.
Здесь нет ничего неожиданного; нет такой вещи, как изменение. Время ритмично. Время течет по естественному календарю. Жизнь в Обломовке синхронизирована с круговоротом природы и ее экзистенциальными моментами: рождение-брак-смерть.В раю этого деревенского помещика истории не существует, точнее говоря, она подчинена круговому потоку вечного возвращения. Все тихо и мечтательно.
Здесь нет посторонних. Нет новостей. Никакого преступления. Никакой страсти, потому что «никакие неистовые страсти или смелые предприятия не волновали жителей; и в самом деле, какие страсти или предприятия могли их волновать? Они не знали ничего, кроме того, что знали о самих себе». (6) (98) Во сне Обломов встречает только родных и близких ему людей: нежную няню и ее ласки, давно умершую мать, отца, который откладывает все дела на потом и предается мечтам , его слуги, которые не позволяют ему ничего делать в одиночку.Чужих нет; нет никакого желания, которое они могли бы породить. Отсюда формула Обломова: «Я не могу хотеть того, чего не знаю». (197)
Очнувшись от сна, Обломов попадает в мир работы и беспокойства. Мир, который не любит сон и лень как праздность. Мир, в котором правят коммерческая этика. Мир, в котором живет его друг, страховой агент Штольц.

II. ОБЛОМОВ БЕЗОПАСНЫЙ - ШТОЛЬЦ ДОСТИГ

Во второй половине сна Обломова праздность - защита от труда.Обломову 14 лет. В это время он готовится войти в новообразованную иерархию раннего капитализма. Родители молодого Обломова готовят его к работе, но одновременно защищают и от нее. Облмовцы «переносили работу как наказание, наложенное на [их] предков, но они не могли любить ее и избегали ее, когда могли, полагая, что это возможно и правильно». (116)
Большинство словарей, как русских, так и английских, определяют лень через неприязнь или неспособность работать: лень - это нежелание работать, проистекающее из отсутствия (кропотливого) желания.Обломов не понимает, зачем нужно работать. Зачем работать? Зачем учиться? Подобные вопросы никогда не приходят в голову его антиподу, Штольцу. (7) Штольц - человек действия. Штольц не сомневается и не сомневается в Законе своего отца. Его отец-протестант работает внутри него, указывая ему на новые свершения.
Мир капитализма живет по закону непрерывного движения. Время всегда на исходе. Быстрее и быстрее. Все выше и выше, вверх по иерархической лестнице.Каждая новая занятая позиция открывает следующую позицию, которую нужно завоевать. Завершение проекта знаменует начало следующего проекта. Удовлетворенное желание порождает следующее желание. Обломов видит в этом соперничество и зависть. «Ни у кого из них нет спокойных, ясных глаз; все заражают друг друга несчастьем и горьким беспокойством, все мучительно к чему-то стремятся. И если бы хотя бы за правду, на свое и чужое благо. Но нет, успех товарища заставляет их бледнеть ... Только одно желание [...]: чтобы уничтожить другого человека и построить свое собственное благополучие на развалинах врага ». (175) Мир безудержного движения капитала всегда переносится в будущее; поступая так, он откладывает настоящее. от расширения капитала у Обломова кружится голова. В голове у него постоянно возникает вопрос: а когда они живут? Своим бездействием он сопротивляется телеологии и ее цели - отложить жизнь, отложить ее на потом, на другую время, другое место.Его место - Обломовка.
В Обломовке люди «были совершенно глухи к экономическим теориям о необходимости быстрого оборота капитала, увеличения производства и обмена товарами. В простоте своего сердца они поняли и применили на практике только один способ использования капитала, сохраняя его. в сундуке ". (121) В Обломовке тоже не особо верили в душевные проблемы; не думали, что жизнь может состоять в стремлении к какой-то далекой цели; смертельно боялись сильных чувств; а в некоторых местах тела людей быстро съедают. от вулканического действия внутреннего духовного огня души обитателей Обломовки отдыхали мирно и безмятежно в своих комфортабельных телах."(115-116) Границы праздности - это границы, связывающие тело. Оцепенение возвращается в тело. Лень валяется в теле.
Не только вселенная капитализма, не только желание, но также каналы и потоки информации постоянно расширяются. Еще в середине XIX века Обломов приводит свидетельства масс-медиаизации, которая представляет собой еще одно бесконечное, самоуничижительное движение, еще одно расширение вселенной. Обломов рассказывает Штольцу о человеке, который был чрезвычайно удивлен, когда он обнаружил, что Обломов никогда не читал газет.В своем изумлении журналист начал «рассказывать о Луи-Филиппе, как если бы он был его собственным отцом. После этого он приставал ко мне, почему, как я думал, французский посол уехал из Рима? глотать ежедневный запас мировых новостей и кричать о них всю неделю, пока запасы не закончатся! Сегодня Мехмет Али послал корабль в Константинополь, и он ломает голову, почему. Завтра у дона Карлоса будет реверс, и он ужасно обеспокоен. роют канал, там на Восток отряд войск отправлен - милочка, можно подумать, пожар! Он ужасно расстроен, суетится и кричит, как будто за ним гнались войска! [...Но] видно, что они крепко спят, несмотря на все свои крики. Их всеобъемлющие интересы - прикрытие для пустоты, для того, чтобы не сочувствовать всему! »(175-176) Обломов говорит об очередном« бессонном сне », о мечте (универсального, очень проводящего) средства массовой информации. погружение человека в массово-медиальный онейроид, где ленивые перемещаются с места на место с поразительной скоростью. Однако по мере того, как эта инопланетная мечта набирает обороты, она неизменно превращается в бесконечный кошмар.
Неленивый человек летает, ломая себе голову потоком информации и финансов. Он работает на лету. До самой его смерти. Он летает, пока не умрет, то есть скоро. Неленивый человек давно пролетел мимо Обломовской реки жизни, где не было крысиных бегов, не было необходимости гоняться за темпом времени. Обломов не понимает: какой смысл в этой скорости, если она стирает человека? Он не понимает мотивов, которыми движет человек, поглощенный трудом. Вместо этого он задает себе экзистенциальные вопросы: «Когда живешь?» и «Для чего жить?»
Ответ Штольца: «Ради самой работы и ничего другого.Работа придает форму, завершенность и цель жизни ". (183) Но у Обломова другая программа. Название его программы - авось. (8)
Обломов относится к тому, что нужно делать по принципу возможно. Этот принцип подразумевает, что любые сделки или действия могут каким-то образом сработать. Возможно, с Божьей помощью. Таким образом, это одна из самых традиционных реакций на перспективы перемен. Возможно (авось) снижает давление. больше не нужно вообще ничего делать.«И, может быть, Захар что-нибудь придумает, чтобы мне не приходилось переезжать; будем надеяться, что они справятся, не выгнав меня, отложив переделки до следующего лета, или не сделают их вообще; ну, все как-нибудь устроится! В конце концов, Я действительно не могу ... двигаться! ... »(90) Гончаров описывает эти три волшебных слова - возможно (авось), может быть и как-то - как успокаивающие и успокаивающие, а Пушкин, в свою очередь, называет авось« the » народный шибболет ", обозначив это как отличительную, идентифицирующую черту. Не содержание, а произношение слова «Shibboleth» позволяет «нам» идентифицировать «их» как Других.Шибболет - непереводимая идиома. В десятой главе «Евгения Онегина» Пушкин пишет:

Авось, о Шибболет народный,
Тебе б я оду посвящил ...

Пожалуй, народный Шиббол,
Я бы посвятил тебе эту оду. ...

Обломов пытается пойти против самого себя. Он старается идти по пути своего друга, своего двойника, своего Другого, (9) Штольца: «[Но] это означает идти вперед ... И делать это всю свою жизнь! Прощай, мой поэтический идеал! Это как в кузнице, это не жизнь; это постоянный шум, пламя, жара, стук.... Когда мне жить? Разве мне лучше не остаться? »(188) Возможно, время покажет, дай бог; возможно, не нужно гоняться за временем; возможно, мы сможем двигаться со временем, не прерывая и не нарушая его естественного темпа.
Два друга, Обломов и Штольц, русский и немец: обе стороны одной медали, как Восток и Запад, как Труд и Праздник. Они порождают друг друга. Штольц знает цель жизни, которая не есть ни мир, ни любовь. Штольц становится самим собой благодаря работая, растворяясь в работе.И хотя он опасается потерять себя в любви, он хочет использовать эту любовь, чтобы разбудить Обломова от его лени.

III. ЛЕНЬ _ ЛЮБОВЬ _ ДЕПРЕССИЯ

Штольц пытается излечить Обломова от его лени любовью. Он знакомит Обломова с Ольгой. Штольц действует так, как если бы он был врачом-гомеопатом, пытаясь устранить одну болезнь (лень), введя другую (любовь). Подобно сновидению, так же, как бездельничанье, любовь ведет к утрате себя, «потому что у человека, охваченного любовью, нет лишних мыслей, чтобы наблюдать глазами ученого, как впечатление проникает в его душу и околдовывает [сон] над его чувствами, заставляя его терять зрение; его я постепенно исчезает и переходит к нему или ей, к его возлюбленной."(395-6)
Любовь Обломова к Ольге заканчивается тем, что по-русски называют обломом, разрывом: Обломов уходит, вырубается, ломается. Лень оказывается сильнее любви. Обломов возвращается в страну лень.
Но что еще хуже, изменился пейзаж. Его лень больше не соответствует сонной летаргии, от которой Обломов пробудился для любви. Эта прежняя жизнь потеряла смысл. Обломов потерял себя. Как будто он покинул свою мечту, кокон своего детства, только чтобы падать все глубже и глубже, во время, предшествующее счастью детства, во времена безвременья, смерти.Он больше не отвечает ни на какие вопросы, больше не замечает, что происходит вокруг него, и даже не понимает, что плачет. "[Он] часами смотрел на падающий снег и сугробы во дворе и на улице, покрывающий штабеля бревен, курятники, конуру, сад, огород, образуя пирамиды из столбов в забор - все было мертво и завернуто в пелену ". (390) Обломов возрождается к своей умершей жизни в депрессивной лени.

IV. ФАНТАЗМ - ПРОТИВ ПРИНЦИПА РЕАЛЬНОСТИ

Лень предлагает защиту от выбора, долга и ответственности.Но лень - это еще и болезненное, бесконечное рождение новой жизни; его депрессивные сокращения рождают творчество. Таким образом, лень - это труд. (10) Для Обломова лень - это «место рождения» мысли: «Осмелюсь сказать, когда вы видите, как я натягиваю одеяло на мою голову, вы думаете, что я лежу, как бревно, и сплю; но нет, Я не сплю, я все время думаю о глубоких размышлениях ... (11) "(88) Лень - это территория размышлений, мечтаний, фантазий. Обломов мог быть творцом; он мог бы быть художником, писателем.Он мог быть, например, как Гончаров.
Для художника не бывает окончательного расставания с детскими фантазиями. В процессе взросления Обломов, очевидно, обнаруживает, что сказка есть сказка, но все же «сказка слилась в его сознании с действительностью, и он иногда неосознанно горевал, что сказка - это не жизнь, а жизнь - не жизнь». сказка. (111) Как художник, Обломов не хочет расставаться со своими мечтами и фантазиями, его мир - это мир воображения.Реальный мир доставляет ему только страх и горе. Даже если он перестанет верить в сказку, «даже если вера в призраков исчезнет, ​​страх и смутная тревога останутся на своем месте». (114) Призраки возвращаются.
Своим внешним видом они воссоздают призрачный мир, мир, который оказывает отчаянное сопротивление внешней реальности. «И, возможно, именно вечная тишина сонной, вялой жизни, отсутствие движения и каких-либо настоящих ужасов, приключений и опасностей заставили человека создать фантастический мир среди реального, где его праздное воображение могло бы свободно играть... »(112)
Мечты и воображение - оборотная сторона работы, деятельности, труда. Сны - тайный труд. Никто не знал и никто не видел внутренней жизни Обломова. ешьте время от времени. Только антипод Обломова «Штольц, который хорошо его знал, мог засвидетельствовать его способности и вулканическую работу его пылкого ума и нежного сердца». (63) Слушая сны Обломова полностью, Штольц зовет его Поэт Штольц умеет распознавать художественную природу обломовщины.
Что касается самого Штольца, то он не смеет смеяться над мечтами. Это потому, что он их боится. У него онейрофобия. Он боится самого себя; он боится стать таким, как его Другой, его друг Обломов. Сны - назовем их сном - могут разрушить его идеал работы, труда. Гончаров говорит, что мечтам нет места в душе Штольца. Но все же Штольц опасается появления призрака Обломова. Штольц - прагматик. Для него онейро-переживания снов, мечтаний, прихотей, лени - фундаментальный источник опасности.

В. ЛЕНИН, ПРИВЕДЕННЫЙ ПРИЗРАКОМ ОБЛОМОВА

Гончаров-писатель мертв и ушел. Помещики и помещики тоже. Даже Обломова больше нет с нами. Но его призрак жив и здоров. Он даже неожиданно появился там, где этого меньше всего ожидали, - в «энтузиазме» эмансипированного социалистического труда.
В отличие от любой формы труда в принципе, этот призрак был не только экономическим, но и политическим явлением. Многие люди отметили лень как решающий фактор краха коммунистической системы.Основная проблема коммунизма заключалась в отсутствии необходимого «[классового] ​​сознания», которое могло бы освободить труд от жадности, превратив его в радостное занятие. Можно сказать, что проект Ленина сорвался из-за лени и его сопротивления рационализации.
Ленинский проект был основан на лени. (12) Впервые эту идею сформулировал поэт, художник и мечтатель Анатолий Перегуд. В 1960-е годы вместо того, чтобы заниматься общественно-созидательным трудом, он начал покрывать асфальт улиц своего родного города Севастополя коммунистическим лозунгом «Всеми силами в битве за лучшее будущее!». Перегуд с диагнозом «шизофрения» был помещен в Крымскую психиатрическую больницу No.1, где он продолжил свою творческую деятельность до конца своей жизни.
Перегуд утверждал, что Ленин взял свой псевдоним, чтобы продемонстрировать необходимость лени. (13) Только лень может спасти человечество. Коммунизм - это не раскрепощенный труд, а высвобожденная способность лениться.
Призрак Обломова сразу проявился в проекте Коммунизма. Доказательство истинности шизо-идеи Перегуда можно найти в том факте, что Ленина неоднократно преследовал призрак Обломова.Рассказывая о первых годах существования Советского государства, Ленин отмечает, что «старый Обломов все еще жив, и нам нужно будет вымыть, почистить, потереть и вытереть его, прежде чем он сможет найти хоть какую-то пользу».
Призрак Обломова проник в параноидальную машину тесно структурированного, рационализированного, компульсивного времени. Его полезность состоит в том, что он может посеять сомнение в машине Штольца, которая «состоит из костей, мускулов и нервов, как английская скаковая лошадь. [...] [Штольц] не делал лишних движений. Если он сидел, он сидел неподвижно; если он был активен, он использовал только те жесты, которые были необходимы.[...] Казалось, что он контролировал свои радости и печали, как движения рук и ног, и обращался с ними, как с погодой ». (160) Призрак Обломова - это вирус в машине Штольца.
Обломов жив. Но ему нет места в поезде, направляющемся к эффективности, карьерному росту, успеху или продуктивности. Его место там, где оказался Анатолий Перегуд: психиатрическая палата. Фуко утверждает, что неспособность работать - это первое. критерий безумия Однако бездельник, бездельник, бездельник могут найти спасение на обочине параноидальной социальной машины, на территории искусства.Здесь дают возможность мечтать и спать. Или, по крайней мере, искусство сохраняет за собой временное право сломать или прекратить параноидально-навязчивую работу машины. Искусство преследует призрак Обломова, который «никогда не будет поклоняться ложным идолам, [чья] душа всегда будет чистой, честной, доброй. Его душа ясна как кристалл; таких людей не так много, они редки; они». как жемчуг среди толпы. Его сердце нельзя подкупить ». (487)

Перевод с русского Томас Кэмпбелл

Библиография

Гончаров И.(1959). Обломов, пер. Н. Даддингтон (Женева: Heron Books, 1959)

Примечания :

1) A.S. Пушкин, Моцарт и Сальери, пер. Алан Шоу, http://members.aol.com/afrshaw/mozsal.htm
2) Примечание переводчика: все три понятия суммируются в русском слове «польза». [Все последующие сноски являются примечаниями переводчика.]
3) Сокращение онейроида и аэродрома (= российский аэропорт). Онейрос (греч.) = Сон (или в широком смысле любое подобное сновидению состояние, например галлюцинация, заблуждение) + дромос (греч.) = Бег, место для бега [ср. Дромосфера Вирилио как сфера скорости).
4) Имя Обломов происходит от русского существительного облом, которое обозначает результат глагола обломать '(= обрываться).
5) Все номера страниц относятся к Ивану Гончарову (1959).
6) Последняя фраза перевода Натали Даддингтон была изменена. Ее перевод гласил: «Они знали свои ограничения», что не совсем соответствует «они знали только себя».
7) Как и Обломов, фамилия Штольц имеет в немецком языке значение «гордость или гордость».
8) Авось - непереводимое русское слово, обозначающее «может случиться» или «случайно» и, возможно, неправильно переведено.
9) И наркотик (= друг), и другой (= Другой) происходят от общего индоевропейского корня. Причина их дифференциации неизвестна. Ср. Бахтин, который ссылается на этот общий корень с термином «другость». Друг автоматически становится Другим; разница - это возможность диалога или дружбы.
10) Хотя это кажется парадоксальным на русском языке, на самом деле это имеет метафорический смысл на английском языке. Труд означает труд, роды и творчество (труд любви). Это придает особый оттенок марксистскому «освобождению труда».По мере того, как пролетариат выходит из рационализированной серии созерцательно-депрессивных сжатий и плавных расширений, приобретая историческую субъективность, он понимает, что каждая работа - это потенциальный труд любви ...
11) Думаю всю крепкую думу: российская дума (= мысль, созерцание, но также и законодательный орган) имеет коннотацию кропотливого созерцания, а не свободную мысль или мысль сама по себе (mysl). Возможно, лучший перевод - размышление или размышление. Крепкая дума, в свою очередь, имеет еще один намек на сон и сны, которые по-русски могут быть сильными (крепкий сын).Все эти нюансы, опять же, невозможно передать.
12) Псевдонимические фамилии Ленин и лень (= лень) связаны гомофонией.
13) Источник псевдонима Ленин фактически неизвестен. Некоторые говорят, что Ленин назвал себя в честь реки в Сибири недалеко от места, куда он был сослан, а другие утверждают, что это на самом деле относится к его няне, которую звали Лена. На самом деле никто не знает. Может, это действительно русская лень (= лень)? В то же время эта идея кажется поистине безумной, потому что она ломает мифические нормы исторического Ленина как изобретателя советской трудовой этики.

Несколько дней из жизни И.И. Обломов (1980) - Несколько дней из жизни И.И. Обломов (1980) - Отзывы пользователей

Просто хотел прояснить некоторые детали для тех, кто может их не понимать из-за культурных различий. Когда смотришь фильм, ты думаешь, что читаешь между строк, как будто читаешь величайшую русскую литературу. Если вы не знаете, что искать, это может быть трудно понять.

1. Сопоставляются два домохозяйства и два способа воспитания: немецкое и русское.Отец Штольца - немец, поэтому мальчика с самого раннего возраста учили много работать и делать все правильно. Напротив, Обломова учили безусловной любви, когда его любили за то, что он есть, даже когда он ничего не делал. Его всегда дающая, самоотверженная материнская любовь окружает его, как облако, своего рода святыню, она совершенно бескорыстна и нежна. Так могут любить только русские мамы. Несмотря на то, что Обломову больно из-за того, что он не научился усердно работать, он унаследовал эту глубокую любовь от своей матери.

Когда отец Штольца прощается с сыном, он следит за тем, чтобы его седло было достаточно тугим, и быстро уезжает. Таким образом он показывает своему сыну, что любит его. Русские крестьяне, которые у него работают, находят такой способ сказать «до свидания» русским обычаям и природе. Они все начинают плакать и рыдать из-за Штольца и в конечном итоге отправляют его с русского пути. Штольц эту любовь чувствует и, по сути, разделяет.

2. Штольц хоть и выглядит лучше, энергичнее, активнее, успешнее и т. Д.Ольга влюбляется в Обломова. Почему? Она знает, что он настоящий. Обломов любит ее безоговорочно, всем сердцем, он сделает для нее все. Обломов мог жениться на Ольге, но вместо этого он приносит личные жертвы. Он отступает, позволяя Штольцу выиграть ее руку. Почему? Поскольку его любовь настолько глубока, он готов пожертвовать своим счастьем. Он хочет, чтобы Ольга была счастлива, и считает, что Ольга была бы счастлива со Штольцем. Штольц ни за кого не принесет такой же жертвы.

3. В итоге мы видим, что Ольга глубоко несчастна в браке со Штольцем. Она всегда болеет и часто плачет. Ольга и Штольц берут сына Обломова в качестве опекунов после смерти Обломова. Ольга держит рядом с собой сына Обломова, чтобы он напоминал ей об Обломове. Когда настоящая мать приезжает в гости, мальчик подолгу бежит, потому что он унаследовал эту огромную любовь.

4. Весь фильм имеет глубокий философский смысл. Это о русской душе. Он есть у Обломова. Штольца нет. Штольц не винит Обломова, он его любит.Если вы сможете понять причины, по которым Обломов делает то, что он делает, вы сможете понять Россию. Обломов не подавлен, он не ленив, но он мечтатель, идеалист, и он просто не хочет делать то, что считает бессмысленным. Еще он пытается понять для себя смысл жизни - какова его цель в жизни? Он предпочел бы ничего не делать, чем делать то, во что не верит. Он живет сердцем, а не головой.

5. Еще одно: почему этот фильм такой медленный? Если сравнить это с некоторыми голливудскими боевиками, где новые события происходят почти каждую секунду, это просто невероятно медленно.На это есть две причины. Во-первых, когда вы смотрите голливудские фильмы, вы не должны думать. Вы должны развлекаться. Когда вы смотрите хорошие русские фильмы, вы должны делать свою часть размышлений и вычитать значение из тонких деталей, коротких диалогов, иногда даже отдельных слов и определенно предметов. У всего есть второй, третий, а иногда и четвертый слой значения. Если фильм пойдет слишком быстро, вы не сможете обработать эти детали и выяснить: что автор говорит нам? Этот фильм тоже нужно прочувствовать.Не на все вопросы будут даны ответы, но возникнет много вопросов. Вы должны быть очень глубокими, наблюдательными и умными, чтобы понять всю глубину этого. Каждый раз, когда я смотрю финал, я плачу от ощущения, которое создает фильм.

Причина вторая: так жили русские в 19 веке (даже сейчас вдали от столицы жизнь идет очень медленно, мало что происходит). Это просто реалистично и захватывает дух.

Спасибо за чтение.

20 из 21 нашли это полезным.Был ли этот обзор полезным? Войдите, чтобы проголосовать.
Постоянная ссылка

Обломов (Иван Гончаров) »Читать онлайн бесплатные книги

ОБЛОМОВ

ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ ГОНЧАРОВ (1812–91) был сыном богатой купеческой семьи. Он учился в Московском университете в течение трех лет, который окончил в 1834 году, и провел большую часть своей жизни в качестве государственного служащего, в конечном итоге став цензором.Помимо публикации трех романов: «Обыкновенная история» (1847; тр. С. Гарнет, «Общая история», 1917), «Обломов» (1859; тр. Д. Магаршак, 1954) и «Обрыв» (1869; тр. Анон., «Обрыв», 1915). ), главным событием в его, в остальном однообразной жизни, было путешествие в Японию (1852–1852 гг.) в качестве секретаря российской миссии, описанное у Фрегата Паллады (1858 г.). И в себе, и в своем окружении он видел столкновение между мечтательным традиционализмом (который мог быть благонамеренным и творческим) и энергичной практичностью (которая могла быть прозаически ограничена).Этот конфликт раскрывается в «Общей истории» с гениальной искусственностью и в «Пропасти» с неравномерной расплывчатостью; но у Обломова это основа одного из самых глубоких русских романов.

ДЭВИД МАГАРШАК родился в Риге, Россия, получил образование в русской средней школе. Он приехал в Англию в 1920 году и натурализовался в 1931 году. После получения высшего образования по английской литературе и языку в Университетском колледже Лондона, он работал на Флит-стрит и опубликовал ряд романов.Для «Пингвиновской классики» он перевел «Преступление и наказание» Достоевского, «Идиот», «Дьяволы», «Братья Карамозовы»; «Мертвые души» Гоголя; «Дама с собачкой и другие сказки» Чехова. Он также написал биографии Чехова, Достоевского, Гоголя, Пушкина, Тургенева и Станиславского; и он автор «Чехова-драматурга», критического исследования пьес Чехова и исследования актерской системы Станиславского. Его последними книгами, изданными перед смертью, были «Настоящий Чехов» и перевод «Четырех пьес» Чехова.

МИЛТОН ЭРЕ - почетный профессор славянских языков и литератур Чикагского университета. Среди его публикаций - «Обломов и его создатель: Жизнь и искусство Ивана Гончарова» (1973), «Исаак Бабель» (1986), переводы пьес Гоголя и Чехова, стихи Анны Ахматовой.

ИВАН ГОНЧАРОВ

Обломов

Переведено ДЭВИДОМ МАГАРШЕКОМ

с предисловием МИЛТОНА ЭРЕ

КНИГИ НА ПИНГВИНЕ

КНИГИ НА ПИНГВИНЕ

КНИГИ ПИНГВИНОВ

, Лондон

Издательство Penguin Group

Penguin Group (США) Inc., 375 Hudson Street, New York, New York 10014, USA

Penguin Books Australia Ltd, 250 Camberwell Road, Camberwell, Victoria 3124, Australia

Penguin Books Canada Ltd, 10 Alcorn Avenue, Торонто, Онтарио, Канада M4V 3B2

Penguin Books India (P) Ltd, 11 Community Center, Panchsheel Park, Нью-Дели - 110 017, Индия

Penguin Group (NZ), cnr Airborne and Rosedale Roads, Олбани, Окленд 1310, Новая Зеландия

Penguin Books (Южная Африка) ) (Pty) Ltd, 24 Sturdee Avenue, Rosebank 2196, Южная Африка

Penguin Books Ltd, зарегистрированный офис: 80 Strand, London WC2R 0RL, England

www.penguin.com

Обломов был впервые опубликован в 1859 году

Этот перевод впервые был опубликован в 1954 году

Перепечатан с новой хронологией, введением и дополнительным чтением 2005

1

Авторские права на перевод 1954 года Дэвида Магаршака

Хронология, введение и дальнейшее Авторские права на чтение £ 2005 Милтона Эре

Все права защищены

За исключением Соединенных Штатов Америки, эта книга продается при условии

с условием, что она не может быть передана в обмен на обмен или иным образом,

re -продан, сдан в аренду или иным образом распространен без предварительного согласия издателя

в любой форме привязки или прикрытия, кроме той, которая указана в

, которая опубликована, и без аналогичных условий, включая это условие

, налагаемое на последующего покупателя

EISBN: 9781101492147

СОДЕРЖАНИЕ

Хронология

Int roduction

Дополнительная литература

Обломов

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Часть четвертая

ХРОНОЛОГИЯ

1812 6 июня (по старому стилю): Иван Александрович Гончаров родился в Симбирске. Александр Иванович и Авдотья Матвеевна, вторые из шести детей, четверо из которых выжили.Его дед по отцовской линии получил статус дворянина в середине восемнадцатого века благодаря военной службе, но семья продолжала вести торговлю в процветающей торговле зерном. Мемуаристы вспоминают мать Гончарова как «суровую» и «подозрительную»; Иван, сильно любивший ее, запомнил умную и заботливую женщину. Его отец был успешным и уважаемым - он несколько раз избирался мэром, хотя в деспотической России эта должность предполагала ограниченную ответственность. Он был набожным и меланхоличным. Внук описал «психически больную и нестабильную семью».Гончаров страдал от депрессии и какое-то время питал параноидальную неприязнь, особенно к своему другу и коллеге-писателю Ивану Тургеневу.

1819 Отец умер, когда Ивану исполнилось семь лет; Воспитание детей берет на себя Николай Трегубов, пансионер, отставной морской офицер аристократического происхождения и либеральных взглядов. Его космополитическое прошлое резко контрастирует с традиционализмом купеческой семьи. Автор вспоминает, что он воплощал «все, что выражается английским словом« джентльмен »», но также критически относится к его благородной непрактичности и абстрактному идеализму.

Иван и его брат Николай - первые Гончаровы, получившие формальное образование. В восемь лет Ивана отправляют в школу-интернат священника; знакомится с литературой (в доме Гончарова писали только деловыми бумагами), изучает французский и немецкий языки.

1822 Поступил в Московское коммерческое училище; В школе предлагается обширная программа гуманитарных и естественных наук, но учителя уступают учителям в школах для дворян, а дисциплина жесткая.

1831 Поступает в Московский университет. Среди его однокурсников, помимо выдающегося поэта и романиста Михаила Лермонтова, есть люди, которые должны были определять интеллектуальную жизнь своей эпохи и будущее русской мысли: Виссарион Белинский, Александр Герцен, Николай Станкевич, Константин Аксаков. В моде романтизм и немецкий философский идеализм; Гончаров не участвует в известных дискуссионных кругах университета. В 40-х годах московские круги раскололись на лагеря западников и славянофилов.

1834 Окончил Московский университет.

1835 Начал 33-летнюю карьеру в правительственной бюрократии. Переезжает в Санкт-Петербург. Становится завсегдатаем салона «Майков»; Майковые были культурной аристократической семьей, среди ее членов были выдающиеся художники и поэты. Гончаров разделяет их любовь к искусству ради искусства, а не ради политических целей.

1836–8 Первые известные ему литературные произведения появляются в семейном журнале Майковых.

1840-е Планирует три его романа.Все трое имеют дело с молодым человеком, ищущим свое место в мире, что является причиной для того, чтобы рассматривать их как трилогию. По словам писателя, «Общая история» задумана в 1844 году, написана в 1845 году и закончена в следующем году.

1846–8 Работа над Обломовым начинается, вероятно, в 1847 году.

1847 Опубликована «Общая история».

1849 Публикуется «Сон Обломова». Планы Обрыв.

1852–5 Секретарь адмирала в официальной поездке в Японию и на Дальний Восток.Возвращение через Сибирь.

1855 Влюбляется в Елизавету Толстую, с которой впервые познакомился у Майковых в начале 1840-х годов. Она единственная известная романтическая связь в жизни Гончарова. Она выбирает кого-то другого; он никогда не женится.

1855–187 Его отчет о своем путешествии на Дальний Восток «Фрегат« Паллас: заметки о путешествии »» опубликован в виде отдельных зарисовок.

1856 Начинает службу государственным цензором.

1857 Лето: Пишет основную часть романа Обломов.

1858 г. Издается книга «Фрегат Паллас: заметки о путешествии».

1859 Обломова. Гончаров обвиняет Тургенева в плагиате

ризм.

1860 Комитет видных деятелей литературного сообщества не находит оснований для обвинения.

1867 Уходит в отставку с государственной службы.

1869 Пропасть опубликована.

1878 Принимает на себя ответственность за Александру Трейгут, жену своего слуги, и ее троих детей после смерти мужа.

1890 Страдает инсультом.

1891 Умирает после непродолжительной болезни. Оставляет большую часть своего состояния Александре Трейгут и ее трем детям.

ВВЕДЕНИЕ

Илья Ильич Обломов принадлежит к ряду грандиозных комических героев, которые заставляют нас смеяться, но при этом трогают наши симпатии - Дон Кихот - архетип. Его монументальная праздность заставила русских превратить его в символ этого предполагаемого порока национального характера. После появления романа в 1859 году критик диагностировал его пассивность как болезнь «обломовит», и этот термин прижился.Ленин часто использовал его в тирадах против неэффективных бюрократов.

Некоторые критики - российские и западные - придерживаются более благосклонной точки зрения. В последние годы наблюдается тенденция оправдывать Обломова, видеть в его массивной инертности (большая часть книги заканчивается, прежде чем он встает с постели) как противоядие от бесконечных устремлений фаустовского человека. Его даже предлагали кандидатом в святые.

За более чем 50 лет литературной деятельности Ивану Гончарову удалось написать всего три романа: «Обломов», «Общая история» (1847) и «Обрыв» (1869; иногда переводится как «Овраг»).Он также оставил несколько рассказов и очаровательный отчет о своем путешествии в Японию в составе военно-морской экспедиции «Фрегат Паллас: заметки о путешествии» (1858 г.). В отличие от благородного Обломова, Гончаров зарабатывал себе на жизнь. Литература была любовью к свободному времени, оторванной от его обязанностей бюрократа на государственной службе, в том числе и цензора. Он происходил из купеческой семьи из приволжского городка Симбирск (ныне Ульяновск). Гончаровы официально достигли статуса дворян в полуфеодальной российской системе в качестве награды за военную службу деда Ивана, но они продолжали зарабатывать на жизнь торговлей зерном.Почти все его соратники-писатели были из помещиков, и счастливчики жили на доходы от своих имений.

Гончаров достиг зрелости в мрачные годы деспотического правления Николая I (1825–1855). Он принадлежал к замечательному поколению так называемых «мужчин сороковых годов». Достоевский, Тургенев и поэт Некрасов появились в печати в это десятилетие; Толстой последовал за ними в начале пятидесятых; влиятельный критик Виссарион Белинский и гениальный Александр Герцен были на пике своих возможностей.

Настроение было антиромантическим, хотя романтизм оказался более стойким, чем многие предполагали. Эмоциональность, фантазия, метафизические боли вышли из моды; Присутствовали трезвость, точность изображения, «обычная» жизнь. Россияне все больше осознавали экономическую и социальную отсталость своей страны. Их отцы одержали победу над Наполеоном только для того, чтобы обнаружить более высокий уровень жизни побежденных. «Действие», «работа», «дела» были лозунгами дня. Сын практичных торговцев откликнулся на новую риторику, проведя героя своего первого романа через воспитание в ценностях разумной деятельности и эмоциональной сдержанности.

«Обычная история» следует дефляционной сюжетной линии, характерной для реализма девятнадцатого века, переходя от «больших ожиданий» к «потерянным иллюзиям». Александр Адуев, ни в чем не повинный из провинции, приезжает в столицу с большими надеждами на удачу и любовь, но попадает в серию комических неудач. Для зарождающегося реализма пародия была главным оружием против романтизма. (Даже «Фрегат Паллас» можно рассматривать как пародию на ожидания путешественников от книг.) Будучи писателем, Адуев считает, что находит свой стиль.Его надутую речь постоянно высмеивают, особенно его дядя Питер, успешный, но сухой предприниматель.

Роман заканчивается ироническим поворотом. Александр, превратившись в расчетливого бизнесмена, как и его дядя, удивлен новостью о том, что Питер в молодые годы тоже пережил пьянящую романтическую фазу. Александр повторил карьеру своего дяди даже с болью в спине, которая приходит с успехом. Ни юношеский энтузиазм, ни скептицизм среднего возраста не являются адекватным ответом на проблему жизни.Первый роман Гончарова - это не дидактическая защита буржуазных добродетелей, а ироничный комментарий к мировоззрению, «общая история» взросления.

Хотя Обломов и обращается к аналогичному противостоянию практического действия и сентиментального заноса, оно гораздо богаче, глубже ощущается. В нем рассказывается не о карьере, которую нужно сделать, а о жизни, которую нужно спасти. Написание «Общей истории» прошло гладко - задумано в 1844 году, написано в 1845 году и завершено в следующем году, согласно более поздним свидетельствам автора.Книга забавная, но умная. Гончаров прожил с Обломовым от одиннадцати до тринадцати лет, прежде чем он наконец появился в 1859 году. Он вспоминал, что это «созрело» в его сознании. Большая часть этого вырвалась из него летом 1857 года на курорте в Мариенбаде. Это был самый счастливый момент в его жизни.

Продолжительный период написания отражается в смене стилей. Первая часть, изображающая типичный день из жизни Обломова, построена в манере того, что русские называют «естественной школой» - первого цветка реализма.Комическая глупость в отношениях господина и слуги во многом обязана Гоголю, выдающейся фигуре того времени. Изолированный в своей тесной комнате, внешний мир, заблокированный пыльными окнами, бесконечные ссоры со своим слугой Захаром - двое, кажется, женаты друг на друге - Обломов опасается, что его жизнь могла закончиться до того, как началась. «Почему я такой?» - вот вопрос, который приводит в движение роман. В знаменитой главе «Сон Обломова» его спящий разум с ностальгией возвращается в потерянный рай детства, время, когда привычки обычной жизни могли полностью удовлетворять его.Кухня, скотный двор и луг воспринимаются с поэтической теплотой; домашнему хозяйству придается мифическое значение. В своем «Сне» Обломов также пытается обнаружить корни своей болезни. В тупике он прибегает к самопознанию. Как и в психоаналитической теории, детство дает нам объекты нашего желания и источник нашей болезни.

Проснувшись, он делает отчаянную попытку присоединиться к миру. К 1857 году, когда была написана повесть о любви Обломова к Ольге, гротескные произведения естественной школы давно вышли из моды.Манера летнего романа тонка, поэтична в манере Тургенева, ведущего романиста конца пятидесятых годов. Обломов вырвался из своего убогого уединения и вошел в мир аристократической утонченности. Фигура Ольги часто растворяется в лирических образах: веточка сирени, сияющий свет, ария Каста-дива. Она обещает благодать.

Читатели сочли Штольца неубедительным, но его дружба с Обломовым важна. Они были близки с детства. Как нам говорят, каждая из них представляет собой половину жизни.Наполовину немец Штольц (имя означает «гордость») - это труд, дисциплина, амбиции (Петр Адуев в этом романе). Обломов, несмотря на все его горести, одарен пассивными достоинствами: нежностью, воображением, нежностью. «Обломов» происходит от русского слова, которое означает «фрагмент», и оба они фрагментированные люди, каждый с тоской смотрят друг на друга в поисках того, чего ему не хватает. Несмотря на все насмешки над романтизмом, Гончаров, как и другие «сороковые люди», держался за свою мечту о человеческой целостности. «Дайте мне человека», - закричал он Обломов.

В последнем разделе возвращаются любовные передачи повседневной жизни и сказочная атмосфера «Обломовского сна», когда мы входим в домашние владения Агафьи Матвеевны. Среди симметричных пар в художественной литературе Гончарова - Петр и Александр Адуевы, Штольц и Обломов - есть Ольга и Агафья, аристократическая красавица и заботливая женщина из низших слоев общества.

Роман остро ощущает время. В своей одинокой холостяцкой квартире Обломов пытается отгородиться от здравого смысла, будто время движется по прямой линии, его пункт назначения - смерть.В своем «Сне» он вызывает мифическое время вечного возвращения, когда времена года приходят и уходят, люди сеют и жнут, и ничего никогда не меняется. Летний романс пытается избежать беспокойства о переменах с помощью другого вида постоянства - застывшего лирического момента, песни, которая никогда не умирает. Заключительные страницы признают неизбежность смерти, но видят жизнь, по аналогии с геологическими ритмами, как поддержание вечного баланса. В одном месте рушатся горы; в другом месте море накапливается

новая Земля.

Гончаров начал «Обрыв» в 1849 году, когда он был еще на начальных стадиях Обломова. Написание затянулось на двадцать лет. Он периодически мчался в Мариенбад, но вдохновение великолепного лета 57-го не возвращалось. Он застрял. У него не было проблем с записью слов, но он не мог найти принципа, по которому их можно было бы связать.

Примерно в 1860 году он решил изменить свою процедуру. Общая история и Обломов - это биографии души. Они описывают ход жизни, первое - как часть занимательной, хотя и тонкой комедии манер, второе - с теплотой чувств и психологической проницательностью.Гончаров начал «Обрыв» с аналогичными намерениями - изобразить в лице Бориса Райского «внутренность, сердце художника», но у него не получилось. Примерно в 1860 году он решил учесть меняющиеся тенденции на русской литературной сцене и написать политический роман в драматической, а не биографической форме. Пропасть принадлежит к волне антинигилистической фантастики (радикалов окрестили нигилистами).